Т е м е р и н. Вполне располагаю. (Садится.) Между прочим, я ни от кого не скрывал, что посылал заявление в обком и копию в министерство. И еще две копии в разные инстанции. Никакой тайны я из этого не делаю. На партийных активах, конференциях я неоднократно высказывался о недостатках, которые существуют на нашем заводе. Приводил множество фактов. А когда понял, что мои речи и заявления остаются без внимания, написал письмо. Не поможет одно, напишу другое, третье…
С е м е н я к а (смотрит в бумагу). Итак, главным виновником вы считаете директора завода Друянова.
Т е м е р и н. Да. Именно Друянова. Как вам, наверное, известно, Друянова назначили к нам из-за того, что на протяжении нескольких лет «Теплоэнергетик» не выполнял государственный план.
С е м е н я к а. До этого он работал директором военного авиационного завода. Верно.
Т е м е р и н. Вот именно, военного. В нем очень много от генерала-солдафона времен аракчеевщины. Жажда власти, грубость и произвол — вот главные черты Друянова. Я говорил ему это в лицо.
С е м е н я к а. Простите, а он?
Т е м е р и н. Конечно, оставил мои обвинения без ответа.
С е м е н я к а. Один вопрос, Алексей Яковлевич. Вот здесь такая фраза. Я буду придерживаться вашего заявления. «Завод наш интенсивно начал реконструкцию». От себя добавлю — коренную реконструкцию. Скажите, а почему вы сейчас об этом не упоминаете?
Т е м е р и н (не сразу). Наверно, это не моего ума дело. Я же только инженер-технолог. Но на заводе многие говорят, что не нужна нам была эта реконструкция.
С е м е н я к а. Вообще не нужна?
Т е м е р и н. Может быть, надо было перестроить — с точки зрения санитарных условий — литейный цех, котельный первый, второй, четвертый, еще цех металлоконструкций. А Друянов вместо этого замахнулся гигант строить. Ему масштабы нужны — чтобы на всю страну гремел.
С е м е н я к а. Знакомая позиция.
Т е м е р и н. Какая, чья?
С е м е н я к а. Правда, это не наша с вами и даже не директора Друянова компетенция, какую делать реконструкцию.
Т е м е р и н. Вот и вы находитесь под гипнозом друяновского имени.
С е м е н я к а (изучая бумагу). Серьезные обвинения у вас, Алексей Яковлевич.
Т е м е р и н. Конечно, серьезные.
Семеняка, А как, по-вашему, они могут увязываться с тем, что завод досрочно выполнил пятилетку, получил орден, переходящие знамена? Дал сверх плана на два с половиной миллиона продукции? Выполнил план роста производительности труда? Надеюсь, эти цифры, контролируемые государственными приемными комиссиями и банком, соответствуют истине?
Т е м е р и н. Может быть, и соответствуют. Конечно, банк уж наверняка знает, сколько миллионов капиталовложений освоено… С банком шутки плохи…
С е м е н я к а. Я понимаю, что все-таки есть «но». Алексей Яковлевич, скажите, может быть, у вас были какие-нибудь трудности с определением, например, детей в детские учреждения? Или, может, с квартирой?
Темерин качает головой.
Все-таки скажите свою точку зрения. Что вас тревожит? (Пауза.) Ну а что говорят люди на заводе?
Т е м е р и н. Есть, понимаете, у нас на заводе один конструктор. Березовский его фамилия. Теперь-то он уже главный. Из окружения Друянова, конечно. Опыта мало. Таланта — на словах больше, чем на деле. Зато много так называемого форса и гонора. А главное, он беспрекословно выполняет все прихоти Друянова.
С е м е н я к а. Я, правда, слышал обратное… А какая связь между этим загадочным Березовским и реконструкцией завода?
Т е м е р и н. Очень простая. Мы должны были сделать реконструкцию на увеличение мощности «Теплоэнергетика». Не пятнадцать котлов, а пятьдесят. Кажется, ясно. А Березовский который год уже носится с проектом нового типа котла. А Друянов идет навстречу своему любимчику. И реконструкцию ведет уже не на тот агрегат, который мы выпускаем и по которому марку нашего завода знают во всем мире, а по требованиям, которые выдвигает этот молодой Распутин.
С е м е н я к а. Так кто же чьи прихоти исполняет: Друянов — Березовского или Березовский — Друянова?
Т е м е р и н. Это неважно. Главное, что завод лихорадит. Многие серьезные специалисты называют Березовского и его проект «хунвейбинством». Интересно, во что обойдется подобная авантюра заводу и стране? Государственный план под угрозой.
С е м е н я к а. Да, государственный план под угрозой. Здесь вы правы.