Свет гаснет.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Вечер того же дня. Номер в гостинице. Э л ь з а Х о л ь м а н говорит по телефону.
Х о л ь м а н (в трубку, радостно). Спасибо, друзья! Что? Атмосфера страшно сложная. Каждый пункт приходится отстаивать с боем… (Стучит по трубке.) Алло! Алло! Берлин! Еще раз спасибо за поздравления. До встречи! (Некоторое время держит трубку в руках.)
Входит В а л ь т е р ф о н Ш л и т т е н б е р г, он в новом костюме, с букетом цветов и большой голубой коробкой. Сейчас особенно заметен шрам на правой щеке.
Ш л и т т е н б е р г. Прости, Эльза… Я без предупреждения. Как ты могла утаить от меня такой день?
Х о л ь м а н. Как видишь, у меня ничего не вышло.
Ш л и т т е н б е р г. Спасибо маленькой Тао. Она, кстати, тоже собирается навестить тебя. (Дарит цветы, коробку.) Поздравляю! Ты сейчас просто божественна.
Х о л ь м а н (принимая цветы). Уже успел выпить?
Ш л и т т е н б е р г. Я пьянею от твоей красоты.
Х о л ь м а н. Не надо, Вальтер.
Ш л и т т е н б е р г. Что между нами происходит, Эльза? Ты все время избегаешь меня. Ты прервала нашу переписку. Я шлю тебе письма, телеграммы, звоню по телефону, а ты… (Подходит к ней.) Тебе запрещают со мной переписываться?
Х о л ь м а н. Я живу в стране, где личная переписка никем не регламентируется.
Ш л и т т е н б е р г (с недоумением). Почему ты так подчеркнуто официальна со мной? Я твой гость, я пришел, чтобы… Вспомни Варшаву, наши встречи, наши споры. Разве все это не дает мне права…
Х о л ь м а н. После встречи в Варшаве прошло много времени, Вальтер. Там ты был рядовым членом студенческой делегации, а здесь ты уже глава. Там ты высказывал личные симпатии и сомнения, а здесь ты выступаешь от имени одной из неофашистских организаций. Сомнения развеялись, а симпатии переросли в убеждения. Ты сильно изменился, Вальтер. Я тоже за это время много поняла…
Ш л и т т е н б е р г (перебивая). Нет, Эльза, не продолжай! Я все тот же мечтатель. Я и сейчас могу до утра слушать Баха, Моцарта, Бетховена. Здесь, в коробке, мой портативный магнитофон, где записана самая последняя аранжировка нескольких произведений Бетховена. Хочешь послушать? (Развязывает ленту, открывает коробку.) Смотри, Эльза, она спит.
Х о л ь м а н (вынимает из коробки куклу, целует ее). О, какая прелесть! Ты угадал мою мечту. (Подходя к нему, не сразу.) Спасибо, Вальтер.
Ш л и т т е н б е р г. Эльза! Если бы ты только знала… Когда ты рядом…
Х о л ь м а н (отстраняясь от него). А когда меня нет?
Ш л и т т е н б е р г. Тогда есть вот это! (Вынул из кармана фотографию.)
Х о л ь м а н (удивленно). Моя фотография?
Ш л и т т е н б е р г. Там в Варшаве, на европейской встрече… После этой встречи я схожу с ума…
Х о л ь м а н. По твоему выступлению я как-то не заметила.
Ш л и т т е н б е р г. На трибуне мы политики. Там мы с тобой… (Обрывает фразу, пытается поцеловать ей руку.)
Х о л ь м а н (вырвав руку, резко). Идеологические враги?! Там мы скрещиваем шпаги! А здесь мы влюбленные голубки. Так? Где же мы настоящие?
Ш л и т т е н б е р г. И там и здесь — мы немцы!
Х о л ь м а н. Разных государств. И разных мировоззрений.
Ш л и т т е н б е р г. Это не наша вина.
Х о л ь м а н. Зачем ты все упрощаешь?
Ш л и т т е н б е р г. Не знаю, Эльза. Тетя говорит, что ты околдовала меня. Я потерял голову. Сегодня, споря с тобой, я не смотрел на тебя… (Умоляюще.) Эльза, милая, давай оставим политику. Из этих дебрей нам не выбраться…
Входит Т а о.
Х о л ь м а н. Из дебрей мы, кажется, попадаем в джунгли.
Т а о (поклонившись). Мне можно войти, фройляйн Эльза?
Х о л ь м а н. Да, конечно…
Т а о (Шлиттенбергу). Я вам не помешала?
Ш л и т т е н б е р г. Для фройляйн Эльзы вы как настоящий сюрприз. (Извлекает из коробки, в которой была кукла, бутылку вина.)
Т а о (вынимая из сумочки веер). Разрешите преподнести вам скромный сувенир.
Х о л ь м а н (раскрыв веер). При столь жарких дебатах это самый практичный подарок. Спасибо, Тао. Вы так щедры…