С а в и н к о в (Флегонту). Это неправда, что ты нас предал в Рыбинске! Я хорошо знаю, что не ты. Но почему тебя Дзержинский не расстрелял?
Ф л е г о н т (усмехаясь). Он бы сделал большую ошибку.
С а в и н к о в. Ты потерял веру?
Ф л е г о н т. В тебя, Савинков!
С а в и н к о в. В дело наше ты потерял веру, а я верю в него. И если я верю, то иду до конца. Ты знаешь меня, Флегонт. Ты знаешь, что у меня не было дня, часа, минуты, не было таких обстоятельств, при которых я искал бы личной выгоды, добивался бы личных целей…
Ф л е г о н т. Оправдываешься, Савинков! Лжешь! Обманываешь, как всегда!
С а в и н к о в. Это я опутан паутиной всевозможного обмана и лжи! Посмотри, этот черный дым закрывает от нас небо. При пожаре не ищут причину, а заливают огонь. Зачем нам с тобой калину ломать? Вода найдет свой путь. Ты пойдешь со мной, как прежде. Я прощаю тебя. Ну?
Ф л е г о н т. Он прощает меня?! Ха! Нет, больше не обманешь. Не говори мне о дружбе. Врешь!
С а в и н к о в. Флегонт, что ты говоришь, Флегонт?! Мне больно. Я плачу, Флегонт…
Ф л е г о н т. Грязи слезой не смоешь, тем более не смоешь крови! Тебе всегда нужны были только исполнители. Вождь! Ха! А мы для тебя — толпа! Но ты оказался ниже любого из нас! Когда я понял это — у меня все оборвалось в душе. Кому я верил? Во что? И сейчас ты лжешь! Я слышал, как ты только что врал человеку и послал его на смерть. Там, за Волгой, льется кровь обманутых тобой. Цвета России! Это ты их позвал спасать Россию? Умирать за нее. А сам бежишь…
С а в и н к о в. Ты хочешь моей смерти? Я не верю, Флегонт, что ты сможешь убить меня!..
Ф л е г о н т. Смогу!
С а в и н к о в (спокойно). Ну что ж… Да святится воля твоя, Флегонт. Стреляй в мои глаза…
Ф л е г о н т. И в глаза!.. (Вынимает револьвер, но его бьет в спину ножом инок А л е ш а, появившийся сзади.)
Флегонт роняет револьвер и, обхватив руками березу, повисает на ней.
С а в и н к о в (иноку). Спасибо, Алеша.
Ф л е г о н т (оглянулся на инока, Савинкову). Ах, как же это я забыл, что, говоря с тобой, надо оглядываться назад… Поздно вспомнил… На!.. Возьми!.. В твою подлую рожу бросаю свою жизнь… Подавись!.. (Выпускает из рук березу и скатывается вниз.)
С а в и н к о в (иноку). Вот так, Алеша… Пропала вера — пропал человек… Прощай, Флегонт… Сейчас ты уже ничто. Тлен. Разве что удобришь собой эту березу… русскую… (Оглядел дымное небо, горящий город, вздохнул.) Прощай и ты, немытая Россия, страна рабов… (Осекся.) Устал я… Пойдем, Алеша!.. (Садятся в лодку.) Ты — на весла, а я прилягу на корме… устал я…
Отплывают.
Не надо рывками, Алеша. Веди лодку спокойней, не делай веслами всплесков… Тише… Тише… Вот так… Я немного подремлю…
Плывут.
Кажется, проиграл я эту партию… проиграл… кажется… Я сказал: «кажется»… не ловите меня на слове, господин Ленин. И радоваться вам еще рано. В Ярославле вы мне объявили только «шах королю»… Кто кому объявит «мат», пока неизвестно. Ярославль не один город в России, и у нас еще много времени впереди… Да-да, конечно, время работает только на вас, и это конечно же неизбежно… (Смеется.) Нравится мне эта ваша фанатическая убежденность… Я сам такой… Я люблю сильных противников и я еще сыграю с вами новую партию!.. В другое время и в другом месте… И тогда мы посмотрим, кто кого?! Да-да. Знаю. Вы тоже любите так говорить: «Вопрос стоит именно так, а кто кого — покажет время…»
Эхо: «…покажет время… время…»
Лодка исчезает за густой пеленой дыма. Рассветает. И вот уже чистая река, и над ней — чистое небо, и красивый новый город на высоком берегу Волги сверкает в ярких лучах солнца, а в звуках торжественной музыки — аккорды из «Интернационала» и Гимна Советского Союза, и медленно закрывается
З а н а в е с.
1 сентября 1978 г.
РОЖДЕНИЕ СОЛДАТА
Драма в трех действиях
И в а н.
В е р а.
М и т я.
Е г о р о в.
А н т о н и н а.
К р о ш к и н.
Г е н е р а л.
Н а ч ш т а б а.
А д ъ ю т а н т.
Т е л е ф о н и с т к а.
С т а р ш и н а.
М а т р о с.