Л е н я. Ребята, выходит, что, вернувшись, мы еще и неплохо подработали?!
Все смеются.
Д у м а (улыбаясь). А как же? Думать всегда выгодно.
И р т ы ш. Хитрый вы, Федор Иванович.
Д у м а. Из Донбасса. Без смекалки в нашем деле нельзя, Иртышев. Во какую махину строим. Гигант! Город в степи на двести тысяч персон! И все это мы сами. Вы понимаете это слово — «сами»?! С кого же спрашивать за непорядки, а?
О л е г. Выходит, с себя.
И р т ы ш. И особенно с тех, кто ведет нас!
О л е г (усмехнулся). Ясно…
Все настороженно ждут, что скажет Дума.
Д у м а (как бы про себя). И особенно с тех, кто ведет… (Оценивающе посмотрел на Олега и Иртыша, стоящих друг перед другом.) Как-то, ребята, я размышлял о нашем брате строителе. И разделились они у меня, грубо говоря, на две категории: один может дать идею, развить ее, зажечь и повести за собой людей. А другой только выполнит готовый план-замысел. Вот как получилось у меня…
И р т ы ш. Верно, Федор Иванович! Есть первые, а есть вторые! (Осекся.)
С м о л к а. Ого!
Л о м о н о с. А чего ого, так?
Д у м а. А как думаешь ты, Олег?
О л е г. Есть и вторые… есть и рядовые… Так думаю…
И р т ы ш. Не думаешь ты, Олег, а обижаешься. Но ведь если честно, так на такой стройке бригадир должен иметь характер, чтобы за ним шли люди в огонь и в воду!
Д у м а. Верно, Иртышев. И особенно в вашей бригаде. Завтра начинаем монтаж второй домны.
Л о м о н о с (обрадованно). Вот это жизнь!
Г о л о с а. Строить домну? Это дело!
Л е н я. Это — музыка!
П е т я. Это — стихи!
И р т ы ш (волнуясь). Федор Иванович, дорогой! Дайте нам бригадира такого, чтобы…
Д у м а (хитрит). У вас же есть бригадир…
Большая пауза.
О л е г (спокойно). У нас нет бригадира, Федор Иванович.
С м о л к а. Олег, ты что?!
Л о м о н о с. Это честно, Олег!
Д у м а. Да, Олег, это честно. (Ко всем.) Так кого же бригадиром?
И р т ы ш (нетерпеливо). Подскажите кандидатуру, Федор Иванович!
Д у м а. Подскажу… Тебя, Иртышев… Что же ты удивился? Сам же говорил, что за бригадиром должны идти? А я видел, как за тобой шли, да еще с песнями!
И р т ы ш (смущаясь). Не туда шли…
Д у м а. А ты веди куда надо… Ну так как, Иртышев? Поведешь бригаду монтажников-высотников? Олег Дорожкин свое слово уже сказал. Первым не может. (Улыбаясь.) Второй…
И р т ы ш (рад, но скрывает). Спасибо, Федор Иванович, за доверие, но…
Л о м о н о с (Иртышу). Чего там «но», так? (Всем.) Иртыша бригадиром!
Л е н я. Иртыша!
П е т я. Романа Иртышева бригадиром!
Д у м а (Иртышу). Слышишь, и от бригады тебе доверие. Значит, я правильно подсказал кандидатуру. Завтра оформим приказом. Все. Производственное совещание объявляю закрытым. (Олегу.) Пройдемся с тобой, Олежек. (Обнимает его и уводит с собой.)
За ними уходит и Смолка.
Л о м о н о с. Во как повернулось, братики! Иртыш, так?
И р т ы ш. Так-то так! Только я предупреждаю честно: я трудностей не понимаю. Кто будет ныть, скулить — приходи ко мне с переводчиком, иначе не пойму. Ясно?
Л о м о н о с. Иртыш, ты — железо! Качать Иртыша!
Все подхватывают Иртыша и несут в общежитие, но их останавливает Маша, домывающая крыльцо.
М а ш а. А ну-ка, вытри ноги! Все вытирайте!
И р т ы ш (освобождаясь от ребят, бесцеремонно взял Машу за подбородок). Откуда ты, чистота?
М а ш а. А ну, не цапай, а то как… (Замахивается на него тряпкой.)
И р т ы ш. Вот это женщина! (Берет у Маши из рук тряпку, бросает ее на крыльцо и вытирает об нее ноги. Щелкнул Машу по носу.) Козявка! (Вошел в дверь.)