А н н и к а (тихо). Я уже все сказала. Твой сын — мне чужой.
М а р т. Лжешь!
А н н и к а. Как ты смеешь?
М а р т. Да, лжешь. Найди мне хоть одну жену или мужа, которые после развода стали совсем чужими друг другу.
А н н и к а. Найду. Я!
М а р т. Ты лжешь. Тебе не забыть меня. Хочешь ты этого или не хочешь.
А н н и к а (садится на скамью). Стоит ли сейчас говорить об этом?
П е д а я с (подходит к Аннике и садится рядом). Это просто нелепо!
Анника встает, идет к лестнице и садится на ступеньку.
М а р т. Нет, это важно! Я не могу тебя выбросить из своего сердца так легко, как ты меня…
П е д а я с (провожая Аннику взглядом). Как она тебя… Да, Март Туйск, ты, наверное, прав. Рассудок не всегда властен над сердцем. (После паузы.) Мы с тобой одинаково ненавидим друг друга, Март Туйск? Верно?
М а р т. Да.
П е д а я с. Но забудем сейчас о вражде. Нам придется даже подать друг другу руки. Или я ошибаюсь?
М а р т. Нет, я согласен с тобой.
М а т ь. Слава богу! Может, бросите наконец свои вечные раздоры.
М а р т. Сегодня вечером, в половине десятого, сюда в последний раз придет Райесмик. Ему кажется, что за ним следят, он боится провала.
П е д а я с. Тогда и ты едва ли уцелел бы!
М а р т. Тебе, конечно, страшно жаль, что этого не случится… Возможно, и тебе, Анника! (Чувствует, что допустил бестактность.) Простите.
П е д а я с. Говоришь, Райесмик будет примерно в половине десятого? Тогда медлить нельзя.
М а р т. Он придет точно в половине десятого. Он ни разу еще не опаздывал.
Часы бьют восемь.
П е д а я с. Очевидно, он и сегодня будет точен. У нас полтора часа… Надо быстро наметить план — и действовать!
М а р т (гладит чучело рыси). Не забывайте, что Райесмик умен, очень силен физически и очень… жесток. Надо, видимо, использовать его единственную слабость.
П е д а я с. А именно?
М а р т. «На спине у меня глаз нет, туда я никого не подпущу. А спереди я никого не боюсь!» Это его слова. Но как зайти ему за спину? Это не так просто… Вы, наверное, не замечали, но даже здесь, разговаривая с матерью, он старается сесть так, чтобы спина его была прикрыта. Живым он в руки не дастся.
П е д а я с. Его надо взять именно живым. Он, несомненно, многое знает.
М а р т. Обязательно живым. (С едва уловимой иронией.) Как и меня, ведь и я знаю многое… (Пауза.) Но я вел подробный дневник.
П е д а я с. Умно сделал. Обо всем этом надо сообщить куда следует. Я схожу домой за велосипедом. Ты останешься здесь, Март Туйск. Придет Райесмик — задержи его любой ценой. Или подождем его вдвоем, попытаемся схватить? Может, удастся?
М а р т. Может быть. А если не удастся? Ошибку потом не исправишь! Он носит при себе оружие… У него нюх как у дикого зверя. Он сейчас крайне подозрителен. Чует опасность и нервничает.
П е д а я с. Ладно. Хватит разговаривать. Я по дороге зайду в аптеку, позвоню. Может быть, по телефону вызову. Если нет, тогда… А, да что там, долго ли мне съездить! (Надевает пальто.)
М а т ь. Час уйдет все-таки…
М а р т (вынимает из тайника за диваном синий пакет). Возьми, Педаяс, отдашь там. Я должен был отнести его сегодня на рацию. Здесь очень важные сведения. Пусть сразу же просмотрят…
П е д а я с (сует пакет во внутренний карман пиджака). Будет сделано. (Проходя, останавливается возле Анники — та смотрит в сторону.)
А н н и к а. Не теряй времени, Лембит!
П е д а я с. Нервничаешь? (Смотрит на Марта, затем — снова на Аннику.) Есть отчего… (Поспешно уходит.)
Пауза. Март в раздумье гладит рысь.
М а т ь. А вдруг он придет раньше?.. Педаяс так скоро не вернется, не близко ведь.
В передней слышен стук падающей половой щетки. Женщины пугаются.
Силы небесные… Идет?
А н н и к а (выглядывает за дверь, поднимает щетку). Щетка упала. А что, если Лембит опоздает?.. Послушай, мама, я схожу позову к нам молодого Каарепа. Он боксер, сильный мужчина. Да и сумеет завести интересный разговор, если Райесмик придет.
М а т ь. Это неплохой совет, как ты думаешь, сын?
А н н и к а. Позовем Каарепа, Март!
М а р т. Каарепа? Если тебе хочется звать гостей, дорогая, пожалуйста, зови…