Они садятся в кресло, обнявшись. Входит К а т а р и н а.
М о р х а у з. Продолжаем, Катарина. На чем мы остановились?
К а т а р и н а. «Население, по моим наблюдениям, полно оптимизма и смело глядит в будущее…». (Как бы пропуская часть текста.) «…Искать ответа на указанный выше вопрос только в особенности национальной психологии — недостаточно…».
М о р х а у з. Да. Абзац. «Некоторые, в частности сэр Хилтон, считают, что победа русских была пирровой победой. Сэр Хилтон говорит, что Россия вышла из войны, израсходовав все свои материальные и человеческие ресурсы, и теперь гибель советского строя неизбежна…».
Г а р в у д. Артур, этот сэр Хилтон, видимо, большой болван.
М о р х а у з. Вы уверены?
Г а р в у д. Совершенно.
М о р х а у з. Сэр Хилтон довольно авторитетное лицо… Вы можете доказать, что он неправ?..
Г а р в у д. Зачем? Это докажут сами русские. (Вставая, ворчливо.) Сэр Хилтон, сэр Хилтон!.. Первый признак дурака это то, что он принимает желаемое за действительное… Если бы я вел так свои дела, как Гарри Трумэн ведет внешнюю политику, то давно вылетел бы в трубу и ходил без штанов!.. В свое время Ленин доказал возможность построения социализма в одной стране. Приближается время, когда придется доказывать возможность сохранения капитализма в одной стране. А наши политики все еще этого не хотят понять…
М о р х а у з. Катарина, мы прервем работу…
К а т а р и н а. Хорошо. (Уходит.)
М и т ч е л. Дедушка, вы читали ленинские статьи?
Г а р в у д. Мое правило — изучать страну, с которой я веду торговые дела. Кроме того, парень, мне небезразлично, чему тебя здесь обучают.
М о р х а у з. Кстати, в советском университете марксизм-ленинизм для иностранных студентов необязателен, и ты, Митчел, мог бы не посещать эти лекции.
Г а р в у д. Глупо! Нет, тезка, изучай, изучай этот предмет. Зачем игнорировать идеи, за которыми пошли сотни миллионов людей? Полезно знать оружие противника!
М и т ч е л. Я изучаю. Но это очень трудный предмет.
Г а р в у д. Понимаю. Должен тебе сказать, что некоторые положения Ленина радуют меня. (Вынимая записную книжку.) Например, «Государство и революция»…
М и т ч е л. О! Я как раз готовлюсь к зачету по этой книге.
Г а р в у д (смеясь). Да? А вот я тебя сейчас проэкзаменую!.. Итак, Ленин в этом труде писал: «В капиталистическом обществе, при условии наиболее благоприятного развития его, мы имеем более или менее полный демократизм в демократической республике…» Ты понимаешь, Ленин признал нашу демократию!.. Мне это так понравилось, что я даже выписал цитату… Вдруг когда-нибудь пригодится…
М и т ч е л. Я не поставил бы вам зачета, дедушка.
Г а р в у д. Почему?
М и т ч е л. Потому что вы выписали цитату не до конца. Сейчас я принесу книгу. (Выходит.)
Г а р в у д (Морхаузу, подмигивая). Он прав, Артур… Я тоже принял желаемое за действительное… (Смеется.) Но мне хочется его прощупать…
М о р х а у з. Вы хотели проверить, хорошо ли он учится?
Г а р в у д. Нет. Я хотел проверить, что он думает… Да, все не так просто, мой дорогой Артур, как это многим кажется… Не так просто!..
М о р х а у з. Вот уже год, как я живу в Москве, и тоже начинаю это понимать, отец…
Входит М и т ч е л с книгой Ленина в руках.
М и т ч е л. Слушайте… В том же абзаце Ленин продолжает: «Но этот демократизм всегда сжат тесными рамками капиталистической эксплуатации и всегда остается поэтому, в сущности, демократизмом для меньшинства, только для имущих классов, только для богатых». (Захлопывая книгу.) Почему бы вам не выписать и эту цитату? Вдруг когда-нибудь пригодится?
Г а р в у д (испытующе на него глядя). Ты допускаешь, тезка, что это может нам когда-нибудь пригодиться?
М и т ч е л. Вам — не знаю, а мне для зачета — безусловно.
Г а р в у д. Хитрец!.. Впрочем, с моей стороны было бы непедагогично сбивать тебя перед зачетом… (Подумав.) Гм… Не хочу от тебя скрывать, парень… Последнее время наша пресса травит твоего отца как красного…
М о р х а у з. Отец!..
М и т ч е л Какой же он красный?
Г а р в у д. Однако пишут… И ссылаются на тебя.
М и т ч е л. На меня?.. (Морхаузу.) Отец, почему вы скрыли это от меня?
М о р х а у з. Я не хотел тебя огорчать, мой мальчик… И, пожалуйста, не говори маме…