Акт второй
Вилла в Нюрнберге, на самой окраине города, занимаемая полковником Грейвудом. Просторный кабинет, шкафы с книгами, кожаная мебель. На письменном столе — два телефона: полевой и домофон. На стене — карта Германии, испещренная какими-то знаками. В углу — сейф. За широким окном — зловещие контуры обрушившихся зданий, обвалившиеся стены, скелет бывшей кирхи.
При открытии занавеса на сцене — Г р е й в у д, Ш т у м п е и Э р н а Б р и н к е л ь. Они сидят в креслах, перед ними — столик с напитками.
Г р е й в у д (смакуя напиток). Недурно! Никто не скажет, что этот кока-кола приготовлен не в Америке. Фрейлейн Эрна, браво!..
Ш т у м п е. О да, фрейлейн Эрна великолепно освоила и рецептуру и технологию!
Э р н а. Вы преувеличиваете, господа. Куда сложнее наладить сбыт продукции. Мы могли бы сбыть гораздо больше, мистер Грейвуд, если бы вы не тянули с пропуском для грузовой машины. Имея такой пропуск, мы наладили бы переброску продукции и в советскую зону.
Г р е й в у д. Помимо нашего пропуска нужен еще и советский.
Э р н а. У меня есть предварительная договоренность с советскими властями.
Г р е й в у д. Хорошо. Я даю вам пропуск. На один грузовик. (Подходит к сейфу, достает яркий бланк пропуска.)
Э р н а. Спасибо. Еще один вопрос: когда из лагеря вывезли какую-то группу в связи с раскрытием подпольной организации, была забастовка?
Г р е й в у д. Мы уже сняли головку, и теперь можете не беспокоиться.
Э р н а. Очень хорошо. Однако из лагеря уехала надзирательница фрау Марфа Кротова. Нельзя ли ее вернуть? Она умела держать этих девок в узде.
Г р е й в у д. Вернуть Кротову?.. (Нажимает кнопку.)
Входит И р м а В у н д.
И р м а. Добрый вечер.
Э р н а. Здравствуйте, фрау Ирма.
Ш т у м п е. Добрый вечер, фрау.
Г р е й в у д. Вот господа промышленники просят вернуть Марфу Кротову в лагерь.
И р м а. Полковник, вы же знаете, что фрау пока нужна здесь…
Г р е й в у д. Но, быть может, есть смысл посылать ее на день-другой в лагерь. Все-таки там триста человек.
И р м а. Да, пожалуй, два дня в неделю она может бывать в лагере.
Г р е й в у д. Ну вот и прекрасно. Вызовите ее сюда.
И р м а выходит.
Э р н а. Благодарю, полковник. Штумпе. Спасибо, колонель!
Возвращается И р м а с М а р ф о й К р о т о в о й, грузной бабой с оплывшим лицом и подобострастными манерами.
М а р ф а (кланяясь). Гутен таг, герр оберст! О, фрейлейн Эрна, герр Штумпе, гутен таг!
Г р е й в у д. Послушайте, уважаемая Марфа, вот господа промышленники говорят, что они без вас как без рук. Да-да!
М а р ф а (расплываясь в улыбке). Стараюсь, герр оберст.
Э р н а. Да, да, фрау Марфа, мы сочли приятным делом отметить ваш труд и ваш опыт. От лица фирмы благодарю вас!..
М а р ф а. Ну как там у вас дола? Говорят, бастовали эти черти?
Э р н а. Бастовали… Они требуют возвращения пятерых и принесли список. Вот он. (Достает из сумочки лист и читает.) «Леонтьева Наталья, Морозов Юрий, Крюкова Нина, Арутюнова Ашхен и Кротова Алевтина…». Позвольте, Кротова Алевтина — ведь это ваша дочь, фрау Марфа! Неужели и она замешана?..
М а р ф а. Ой, Христос с вами! Да разве моя Алевтиночка…
И р м а. Марфа, не надо лгать! Алевтина Кротова тоже член комитета комсомола.
Э р н а. Я потрясена!
М а р ф а. Фрау Ирма, так ведь тут все свои, хе-хе…
И р м а. Вот именно потому что свои, надо говорить правду! (Бросает на Марфу такой взгляд, что та сразу съеживается.) Господин полковник решил: два дня в неделю вы будете работать в лагере для поддержания дисциплины.
М а р ф а. Яволь!
И р м а. Вот и все. У вас больше нет вопросов, господа?
Г р е й в у д. Нет. Вы свободны.
И р м а и М а р ф а уходят.
Как видите, господа, я во всем иду вам навстречу.
Дверь открывается, и входит М а к к е н з и. Штумпе встает.
М а к к е н з и. Гм… (Эрне и Штумпе.) Ваши лица мне знакомы.
Г р е й в у д. Это немецкие промышленники. Владельцы одной фирмы.
Э р н а. Ауфвидерзеен, майне геррен…
Ш т у м п е. Всего хорошего!
Э р н а и Ш т у м п е уходят.