Выбрать главу

М а к к е н з и. Но Анна Вельмут, имя которой значится в вашей книжке, арестована. Как это понять, майор?

К е р н. К несчастью, в последнее время взяли много наших агентов, хотя они не значились в моей книжке. Так что это, возможно, случайное совпадение.

Г р е й в у д. Головоломка!

Маккензи встает, ходит из угла в угол. Пауза.

М а к к е н з и. Да, это либо ответный ход, либо глупая случайность.

К е р н. Может быть, повторить номер с книжкой?

М а к к е н з и. Нет, может повториться весь круг. Надо забить гол прямо в их ворота.

Г р е й в у д. Есть резервный ход.

М а к к е н з и. Керн, вылетайте в Берлин и ждите указаний.

К е р н. Слушаюсь. (Уходит.)

М а к к е н з и. А теперь вызовите эту Леонтьеву.

Г р е й в у д (поднимая трубку домофона). Ирма, приведите Наташу. (Кладет трубку.) Повторяю, генерал, она упрямая лошадка.

М а к к е н з и. Надо тоньше работать, парень. Сейчас я вам докажу.

Входят  И р м а  и  Н а т а ш а  Л е о н т ь е в а, стройная, большеглазая, бледная девушка.

И р м а (подчеркнуто почтительно). Господин генерал, по вашему приказанию доставлена арестованная Наталья Леонтьева.

М а к к е н з и. Арестованная? Кем, на каком основании?! Вы что, с ума сошли?!

И р м а. Она арестована за подпольную деятельность в лагере.

М а к к е н з и. Какую подпольную деятельность?

И р м а. Создание комсомольской организации. Она член комитета.

М а к к е н з и (ударяя кулаком по столу). Что же тут преступного, черт вас возьми?! Человек вправе иметь свои убеждения! Советский комсомол покрыл себя славой в борьбе с нашим общим врагом. Полковник, что у вас тут делается?

Г р е й в у д (вытягиваясь). Виноват, генерал, но я слышу об этом впервые.

М а к к е н з и. Кто начальник лагеря?

Г р е й в у д. Майор Престон.

М а к к е н з и. Арестовать за превышение власти и произвол. Сегодня же, сейчас, немедленно! (Подходит к Наташе.) Дитя мое, извините, я глубоко возмущен. Садитесь, прошу вас. Я генерал армии Соединенных Штатов.

Н а т а ш а. Вижу.

М а к к е н з и. И командирован сюда правительством, чтобы выяснить во всем объеме вопрос о перемешенных лицах. Я в ужасе от того, что сейчас узнал! Ведь вас освободили наши войска, не так ли?

Н а т а ш а. Да, нас освободили американцы. Мы встретили их как братьев. И они вели себя как братья…

М а к к е н з и. Я счастлив это слышать!

Н а т а ш а. Да, это были добрые, честные, веселые ребята. Мы тай благодарны-им! Мы вместе праздновали победу, они помогали нам всем чем могли. Мы никогда их не забудем!

М а к к е н з и. Понимаю.

Н а т а ш а. Потом появились совсем другие американцы… И начался этот ужас! (Плачет.) Нас заключили в лагерь, держат за колючей проволокой, как преступников. Потом… Потом… (Плачет.)

М а к к е н з и. Успокойтесь, прошу вас! Слушайте, полковник, и пусть вам будет стыдно!

Г р е й в у д. Виноват.

М а к к е н з и. Кто из комсомольской организации арестован кроме вас? Я немедленно приму меры.

Наташа молчит.

И р м а. Она все отрицает, хотя является членом комитета!

М а к к е н з и. Это ее право. Дитя мое, если вы даже член комитета, вам ничто не угрожает. У нас свобода совести, свобода печати, свобода слова.

Н а т а ш а. Почему же нас не пускают домой?

М а к к е н з и. Для этого я и приехал, Наташа. Недавно я перечитывал «Войну и мир» вашего гениального Толстого. Помните Наташу Ростову? Ее первый бал? Ее первую любовь? Ее первое горе? Помните?

Н а т а ш а. Да-да, помню. Я читала давно, еще девочкой, еще дома. И, вероятно, тогда еще не все понимала. Но потом, когда у меня на глазах убили бабушку и нас вывезли в Германию, я быстро повзрослела, генерал. Нам искалечили детство, но память мы не потеряли. (У нее дрожит голос.) Мы помним мы все хорошо помним!

М а к к е н з и. Это делает вам честь, дитя мое. Успокойтесь, все будет хорошо. Мы скоро вернем вас на родину. А пока мне хочется сделать вам приятное. У вас, как я слышал, есть друг.

Наташа вспыхивает.

М а к к е н з и. Юрий Морозов. Хотите его повидать?

Н а т а ш а. Спасибо вам, спасибо! (Опуская глаза.) Откуда вы знаете?

М а к к е н з и. Слышал… У меня есть дочь ваших лет. И я подозреваю, у нее тоже есть любимый. Ну что вы смущаетесь? Полковник, устройте Наташе свидание с ее другом. Можно сейчас.