В а с и л и й. Три года не пользовался. Вот сейчас перед поездкой месяц мне дают.
А л е к с а н д р а. Вот и поезжай — в Сочи, или в Ялту, или еще куда. Только на отпускных не женись, неверное это дело. Там они одни, а вернутся в город совсем другими обертываются. Как камушки на берегу. Когда их море облизывает, они блестят, красками играют. А возьмешь в сумку, принесешь домой — просто камни серые. Галька.
В а с и л и й. Давно у моря не была?
А л е к с а н д р а. Ближе к осени поеду. В Карловы Вары или на озеро Балатон, у нас на заводе туда путевки есть.
В а с и л и й. Бери сейчас отпуск, я достану какие хочешь путевки. К морю поедем, отдохнем, поживем там. Вот оно все и выяснится.
А л е к с а н д р а. Мне сейчас не дадут, нельзя…
В а с и л и й. Это я беру на себя, поговорю с директором, с министром, отпустят.
А л е к с а н д р а. Выборы предстоят.
В а с и л и й. Заочно выберут. Раз выдвинули, обязательно выберут. И без тебя обойдутся.
А л е к с а н д р а. Сейчас как раз там бархатный сезон начнется.
В а с и л и й. Утречком я на рынок сбегаю, винограду куплю, груш, абрикосов, свежей рыбы… Ты плавать-то умеешь?
А л е к с а н д р а. Плохо. Метров пятьдесят проплыву и задыхаюсь.
В а с и л и й. Я тебя научу. На Енисее я здорово навострился… А вечером в парке. Ты в Гурзуфе была?
А л е к с а н д р а. Никогда.
В а с и л и й. Там двухсотлетние дубы… Беседка, дерево, под которым Пушкин сидел… А вечером кино на открытом воздухе. Ковбои на конях скачут и стреляют в воздух, негры танцуют, облака, поезда, самолеты… И неаполитанцы серенады поют. Хорошо! Тебе не холодно, дорогая? Ты на открытом воздухе не озябла? От моря ветер…
А л е к с а н д р а. Немного знобит. Ну что ты делаешь?!
Эти слова относятся к Василию, который распахнул гардероб.
В а с и л и й. Тетя Нюша разрешила. (Вынимает оттуда кружевную накидку и набрасывает ей на плечи.) Ну вот, сейчас тепло станет.
А л е к с а н д р а. А после отпуска что делать?
В а с и л и й. Со мной в Мексику, через океан… Там у меня отдельный особняк. В посольстве знакомые найдутся. Ты в Южной Америке бывала?
А л е к с а н д р а. Нет.
В а с и л и й. Интересная страна. Будем там с тобой испанский язык изучать. Я уже два месяца как занимаюсь. Испанским, португальским… Это обязательно. Работы там года на три…
А л е к с а н д р а. А я что буду делать?
В а с и л и й. Найдем и тебе дело. Помогать мне будешь.
А л е к с а н д р а. Я ведь фрезеровщица, Вася. Больше ничего не знаю.
В а с и л и й. Сколько ты лет на своем фрезере проработала?
А л е к с а н д р а. Чтой-то много.
В а с и л и й. Ну и хватит. По всей России, да и не только по всему Союзу — по всему миру ваши электромоторы движутся, силу электрическую в механическую переводят, деревья пилят, муку мелят, уголь дробят… И в каждом моторе и твоя доля есть. Хватит, Александра, пора и отдохнуть от железного скрипа! Нафрезеровалась!..
А л е к с а н д р а. Я и сама устала.
В а с и л и й. Друзья твои и соратники, те, с кем начинала вместе, гляди-ка, уже директорами работают, преподавателями, в советах заправляют, в министерствах… А ты…
А л е к с а н д р а. А я и сама царица. Ты разве не слышал, как меня на заводе кличут: царь-баба, царица замоскворецкая. (Подходит к открытому гардеробу, снимает с себя накидку, достает лисью шубу, надевает на себя.) Небось тетя Нюша не обидится. Ох, как нафталином пахнет! (Снимает с самовара верхушку и, как корону, надевает себе на голову.) А ты и не знал, что, пока ты на Севере околачивался, города строил, я тут царицей стала? (Берет в руки вазу.) Смотри. Александра первая, царица замоскворецкая, каширская, коломенская, каховская. Ты подойди ко мне, Васька, верный мой слуга, не бойся, голову не отрублю, я тебе лисью шубу со своего плеча пожалую… На, целуй руку. Грубоватая она, рабочая, так я ведь и есть такая царица, пролетарская. Приговариваю тебя, поезжай в отпуск один, без меня, а я с моим народом посоветуюсь, может, и приеду к тебе, а может, и нет, как мои государственные дела позволят. Чего бы тебе пожаловать? Ведь шуба-то лисья, между нами говоря, не моя, я ее у соседнего государства одолжила, отдавать надо. Вот тебе кольцо мое обручальное. Никогда его с пальца не снимала. Возьми. Не налезет — в карман положи. Да так и носи его всюду с собой, оно тебе счастье принесет. Ну-ка, заведи какой марш, пусть играет, царицу славит и ее фаворита. Ну, целуй меня, целуй… Да не так, не руку. Как следует… Эх ты, увалень… Учить меня задумал, а сам и поцеловать как следует не можешь. И свету зажги побольше. Чтой-то темно тут. Пусть все заливает. Вот так.