Леди Уин
За что? Меня не оскорбляли вы.
Хартлав
Нет, оскорбил. Ведь вы же мать Марии.
Леди Уин
Я матерью была. Но слово это
Мертво отныне, ибо в тот же миг,
Когда душа Марии отлетела,
Скончались и два слова — мать и дочь.
Хартлав
Увы, миледи, коль родство меж вами
Сводилось лишь к словам, я был ей ближе:
Любовь связует крепче кровных уз.
Пусть имя "мать" мертво. Не важно это,
Коль вы Марию любите, как прежде,
То память светлую ее чернить
Не разрешите даже после смерти.
Леди Уин
Кто это сделал? Вы меня страшите!
Хартлав
Я, нечестивец, я!
Леди Уин
Что за нелепость!
Марию чтили вы.
Хартлав
Но лишь при жизни,
А после смерти оскорбил ее.
Леди Уин
Не говорите так. Хотите этим
Вы только подчеркнуть, как я грешна
Пред ней, кто замуж выдан был насильно.
Хартлав
Я той, чей прах оплакали вы горько,
Вас заклинаю — надо мной не смейтесь!
Я совершил чудовищную низость,
Которая смутит ее покой,
Для мщенья из могилы встать заставит.
Коль я об этом умолчу, меня
Вы, как свидетельница, обвините.
Леди Уин
Я?
Хартлав
Знали вы, что я любил Марию,
Или хотя б предполагали это,
Внимая ей и глядя на меня.
Так неужель не ясно вам, насколько
Я виноват, когда вместо того,
Чтоб слезы лить над гробом, я свершаю
Постыдный, отвратительный поступок,
Который всем доказывает...
Леди Уин
Что?
Хартлав
Да то, что я, презрев и честь и клятвы,
Марию на другую променял,
Едва над ней закрылась крышка гроба.
Как вы могли стерпеть мою измену,
Взирать на то, как я гонюсь за тенью,
За безыменным странным существом,
И ветреность мою не проклинать?
Ужель вы не вздохнули с облегченьем
При мысли, что избавлена кончиной
Дочь ваша от того, что горше смерти?
О, как мне стыдно!
Леди Уин
Сэр, я вижу в том,
Что мило вам подобие Марии,
Лишь подтвержденье ваших чувств к покойной.
Хартлав
Нет, слишком вы терпимы. Я виновен,
Но больше с этой девушкою странной,
Меня пленившей сходством с вашей дочкой,
Ни словом не обмолвлюсь. Подавил
Я страсть в себе и без любовных мыслей
На женский пол смотреть могу отныне.
Вот это и пришел я вам сказать.
Явите милость, путь мне укажите
К ее могиле тихой. Я на землю
Там рухну и просить прощенья буду,
Пока из гроба тень Марии милой
Не встанет, чтобы грех мой отпустить.
Вы не хотите? Что ж, тогда прощайте,
И навсегда! — Ах!
Входят кормилица и Мария в своем настоящем платье. Оправившись от изумления, Хартлав направляется к Марии.
Леди Уин
Сэр, не обольщайтесь:
Бедняжка — не Мария. Только платье
Покойницы на ней.
(Кормилице.)
Что это значит?
(Хартлаву.)
Принять ее нетрудно за Марию —
Они так схожи!
Хартлав
Словно две росинки.
Кормилица
Ей в голову фантазия пришла
Девицей благородною одеться.
Для пущей важности она молчит,
Но платье носит до того изящно,
Что кажется в нем настоящей леди,
А держится-то как!
Леди Уин
Довольно вздора!
Хартлав
Я не мешаю никому. Пусть скажет
Она хоть слово мне, и я утешусь.
Хотя зачем? Клянусь, это она!
Леди Уин
Не надо клясться всуе, сэр. Поверьте,
Неведомо вам то, что знаю я.
Хартлав
Тогда молчите — буду я молиться.
Как! И она возносит руки к небу?
Леди Уин
(в сторону)
Сейчас она все выдаст.
Хартлав
О любовь,
Царица всех сердец, бальзам сладчайший
От всех печалей, вечно молодая,
Желанная... — Зачем она в слезах?
Опять обман?
Кормилица
Вы скоро все поймете. —
Она сама, миледи, пожелала
Развязку убыстрить.
Хартлав
Я так взволнован,
Что сил молиться нет. Она! Мария!
Приближусь к ней.
Входят Олграйп, Лечер и Эйлет, переодетая мальчиком.
Кормилица
А вот и мистер Олграйп
И с ним два незнакомца.
Олграйп
Я, миледи,
Молю вас на коленях о прощенье,
Приданое сполна вам возвращаю
И, если б ваша дочь в живых осталась,
Я ей бы возвратил ее свободу.
Я права не имел на ней жениться:
Я был с другой помолвлен. В возмещенье
Перевожу я часть моих земель
На человека, что любим был ею.