Выбрать главу
Эмилия
Что ж медлит тот, кому был отдан сей приказ? Идти готова я, мне тяжко ожиданье.
Максим
Он в доме ждет моем.
Эмилия
Как?
Максим
Все скажу заране, Чтоб не дивилась ты. Тебя судьба хранит. Он заговорщик наш, и с нами он бежит. Воспользуемся тем, что нам судьба послала, Спешим же на корабль, он ждет нас у причала.
Эмилия
Как смеешь мне, Максим, ты бегство предлагать?
Максим
Для Цинны я готов всего себя отдать. Хотел бы я спасти от высшего несчастья И ту, в ком для него заключено все счастье. Бежим! Настанет день — и скоро, может быть, — Когда, спасенные, мы сможем отомстить.
Эмилия
Но Цинна и в беде достоин восхищенья. Нам пережить его нельзя и для отмщенья. Кто остается жить, когда погублен он, Тот низостью души навеки заклеймен.
Максим
Впадать в отчаянье с такою слепотою, О боги! Слабой, быть тебе, с твоей душою! А ты, не чувствуя желания борьбы, Готова тотчас пасть под натиском судьбы! Нет, доблесть высшая в душе моей хранима, Раскрой глаза, вглядись внимательно в Максима, Ведь Цинну нового должна ты в нем открыть, Любимого тебе он может заменить, А так как дружба нас в одно соединила, То, полюбив меня, его б ты полюбила. Ведь тем же пламенем способен я пылать! Я...
Эмилия
Смеешь ты любить, не смея жизнь отдать! Ты хочешь многого. Но, высказав признанье, По крайней мере будь достойным и желанья: Иль славной гибели не думай убегать, Иль сердце низкое не смей мне предлагать. Исполнив твердо долг, достойный восхищенья, Ты, если не любовь, внушишь мне уваженье. Будь истый римлянин с отвагою в крови, — И мил мне станешь ты, хотя и без любви. Нет! Если с Цинной ты воистину был дружен, Не думай, что его возлюбленной ты нужен. Пора о долге здесь договориться нам; Дай в этом мне пример или внимай мне сам.
Максим
Ты горю предалась безмерно, слишком страстно!
Эмилия
Ты хитрость скрыть свою стараешься напрасно, И возвращенье мне счастливое сулишь, И в горестях таких о страсти говоришь!
Максим
Едва начав любить, томлюсь я, пламенея, Ведь друга своего люблю сейчас в тебе я, И если б так же ты, как некогда пред ним...
Эмилия
Не думай, что совсем уж я проста, Максим! Полна утратой я, но разум сохранила, Мое отчаянье меня не ослепило. Высокой доблести полна душа моя, И знаю то, что знать так не хотела б я.
Максим
Меня в предательстве подозревать ты стала?
Эмилия
Да, если хочешь, ты, чтоб правду я сказала, Настолько хорошо продуман бегства план, Что вправе я считать, что это все — обман. И много б милости нам оказали боги, Когда бы без тебя рассеяли тревоги. Беги один! Любовь мне тягостна твоя.
Максим
Ах! Ты безжалостна!
Эмилия
Сказала б больше я. Не бойся, что тебя теперь хулить я стану, Но и не жди, чтоб я поверила обману. Коль думаешь — с тобой несправедлива я, Иди со мной на смерть, чтоб оправдать себя.
Максим
О нет. Ты жить должна, и знай, что я повсюду...
Эмилия
Лишь пред Октавием тебе внимать я буду. Идем же, Фульвия!

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Максим
Максим
О, горечь свыше сил! По справедливости отказ я получил. На что ж решиться мне? Я казни столь ужасной Сам этой хитростью обрек себя напрасной. Надежды нет, Максим, теперь душе твоей. Она расскажет все пред гибелью своей, И тот же эшафот всем явит в смерти близкой Ее величие и твой поступок низкий. Навек останется в потомстве с этих пор Твое предательство, заслуженный позор. В один и тот же день ты погубил, несчастный, Владыку, друга, ту, кого ты любишь страстно, И оттого, что сам ты в низости своей Тирану в руки мог отдать своих друзей, В награду получил ты стыд и раздраженье, Да гнев, который жжет тебя без сожаленья. Эвфорб, причиною всему был твой совет, Но доблести в рабах еще не видел свет. Вольноотпущенник всегда рабом бывает: Жизнь изменяя, он души не изменяет. Хотя свободою и был отмечен ты, Но благородства в ней не мог явить черты. Неправой власти ты принес мне обольщенье, Заставил запятнать честь моего рожденья. Боролся я с тобой, но ты меня сломил, И сердце ты мое обманом очернил. И жизнь теряю я, и доблестное имя, Так слепо обольщен советами твоими, Но, видя зло твое, позволят боги мне За любящих, Эвфорб, тебе отмстить вдвойне. Пусть тягостно мое пред ними преступленье, Я кровь готов свою пролить для искупленья, И в состоянии отмстить рука моя За то, что некогда тебя мог слушать я!