Лариса. Я боюсь одна.
Человек в халате. Всё будет путем, не бойся. (Передает Ларисе коробочку.) Помнишь? Пальчик ставишь легко сюда — и осторожненько, легко… Когда выйдешь на улицу, нажмешь. Случится что — нажмешь раньше.
Лариса скрывается за дверью. Из-за двери доносятся странные звуки.
Филипп. И что теперь?
Ипполит. Расстреливать заложников.
Филипп. Точно (В сторону двери!) Эй, там, вы меня слышите? (За дверью молчат. Филипп стреляет в дверь.) Вы слышите меня? (Молчание!) Мы выходим. (Еще раз стреляет в дверь.) А если(стреляет) вы(стреляет)… короче, всем стоять руки за голову и если шаг вправо или влево…
Ипполит. А также на месте.
Филипп. Шаг вправо, влево, на месте и заложник будет расстрелян. (Стреляет в голову человека в халате, но тот успевает увернуться.) А он, между прочим, друг вашего генерала Шестоплясова.
Человек в халате. Шестоплясова — это женская фамилия.
Филипп. Пардон, Шестопанова. (Пауза.) И тебе тоже руки за голову.
Человек в халате подчиняется. Филипп медленно отпирает дверь ключом. Ипполит становится рядом. Филипп ударом ноги открывает дверь — до этого она, возможно, открывалась в другую сторону). За дверью никого. И — темнота. В темноте странные звуки. Ипполит осторожно проходит в дверь, делает несколько шагов и возвращается.
Ипполит. Я все гадал: Гмырь там или полицейские, а оказалось, что никого.
Филипп. Но кто-то стрелял оттуда, кто-то произносил речи…
Ипполит. Стрелял в последние полчаса исключительно ты. С речами — то же самое.
Филипп. Ну, полчаса, впрочем, не полчаса…
Человек в халате. Я опущу руки?
Филипп. Стой, как стоял. (Закрывает дверь. Оборачивается к Ипполиту.) Смотри, что получается. С той стороны двери Гмыря нет? — Нет. — Значит, логически рассуждая, можно сделать вывод, что он с этой стороны двери? — Так?
Человек в халате. Прилежный ученик.
Нырком уходит из-под руки с пистолетом. Убегает зигзагами. Филипп стреляет. Ипполит стреляет с левой руки.
Человек в халате (вскрикивает, убегая). Два! Восемь! Шесть! Одиннадцать!
Ипполит. В живот стреляй, в живот!
Человек в халате (вскакивая на подоконник). Восемнадцать!
Раздается автоматная очередь. Все падают. Филипп в падении стреляет. Человек прыгает вниз (или падает, сбитый выстрелом). Гаснет свет. В темноте странные звуки, затем — тишина.
Долгая пауза.
Голос с улицы (теперь это голос Ларисы). Переход через улицу генерала Шестопанова разрешен.
Загорается свет.
Комната без следов беспорядка. Стол, стулья — всё как в начале спектакля.
За столом сидят Филипп и Ипполит.
Какое-то время молчат, потом Ипполит выходит и возвращается с чайником.
Начинает разливать чай по кружкам.
Ипполит. Все-таки это оказался генерал.
Филипп. Как мы и хотели.
Ипполит. Как хотела она.
Филипп. Да, как хотела она.
Голос с улицы. Время перехода заканчивается.
Ипполит. Как думаешь, она успела нажать кнопку?
Филипп. Не знаю.
Ипполит. То есть, я хотел спросить: то, что произошло — оно произошло потому, что она успела нажать кнопку, или потому что она не успела нажать?
Филипп. А что, собственно, произошло?
Ипполит (подходит к окну, смотрит). Ну, что-то, безусловно, произошло.
Филипп. Только мы не знаем, что из того, что произошло, произошло на самом деле, а что вроде бы и не произошло.
Ипполит. Рука вроде болит почти по-настоящему.
Филипп. Это правильно.
Пауза.
Ипполит. Мой пистолет пропал.
Филипп. Мой — тоже, а я его, кажется, нормальным образом купил на улице.
Ипполит. Или ненормальным.
Филипп. Хотя мой принцип — на улице с рук ничего не покупать.
Ипполит. Это правильно.
(Пауза.)
Голос с улицы. Переход через улицу генерала Шестопанова разрешен.
Ипполит. Разрешен, разрешен… Давай, поедем в Черногорию летом.
Филипп. Почему в Черногорию?
Ипполит. Там море… И еще… там в церквах проводят красивый обряд братотворения… это вроде венчания, но для мужиков… соединение рук, целование… с молитвами, перед аналоем… союз, конечно, чисто духовный.
Филипп. Разумеется, чисто духовный.
Ипполит. Адельфопоэзис — это еще называется так. Красивое слово.
Филипп. Греческое. Поэтому — чисто духовный.