Филипп. Две головы? Значит, это все-таки полицейские?
Человек в халате. Тебя оно еще волнует? (Отходит от двери.)
Филипп прицеливается, потом опускает ствол.
Филипп. Не понимаю. Мне кажется, что в эту дверь столько раз стреляли… она должна быть насквозь в дырках от пуль. Сквозь нее уже должно быть все видно.
Человек в халате (после паузы). Всякая дверь может быть либо открыта, либо закрыта. Если она открыта, через нее все видно и пули пролетают сквозь нее, не оставляя следов. Если она закрыта, то через нее ничего не видно, и пули, пролетая насквозь оставляют, в ней следы в виде дырок.
Филипп. Но я этих следов не вижу, их нет.
Человек в халате. Значит, наши рассуждения неполны. Следует допустить существование двух других вариантов: дверь закрыта, но пули пролетают сквозь нее, не оставляя следов и дверь открыта, но сквозь нее ничего не видно.
Филипп. А вариант, когда дверь открыта, но пули, пролетая насквозь, оставляют в ней следы в виде дырок?
Человек в халате. Довольно! Враг на пороге, враг хитер, враг коварен, враг не дремлет. Враг не варяг. Врагу не сдаемся. Врагу рагу. Когда ты на линии огня — не время рассуждать о вариантах.
Голос с улицы. Переход через улицу Шестопанова, переход через улицу Шестопанова, переход через улицу Шестопанова…
Голоса полицейских. Устремив свои мысли на высшее Я, свободный от вожделения и себялюбия, исцелившись от душевной горячки, сражайся, Арджуна!
Человек в халате. Восемнадцать!
Автоматная очередь. Филипп стреляет два раза. Ипполит тоже стреляет, переложив пистолет в левую руку.
Голоса полицейских. Вы окружены, сопротивление бесполезно.
Филипп. Я промазал? (Громко.) Что ж, буду расстреливать заложников. Вы слышите?
Лариса. Господи, ну сделайте что-нибудь.
Человек в халате. Я встречал зубного врача по фамилии Трезубов.
Лариса. Трезубов, Трезубов, Трезубов.
Человек в халате. Глазенап, Глазенап, Глазенап. Доброскок раз, Доброскок два.
Ипполит. Кровопусков, Кровопусков… Кровопусков — он вполне мог бы быть хорошим детским хирургом.
Филипп. Шестопан… шестопер… шестопуп… (Пауза.) Расстреливать заложников… так всегда делают.
Человек в халате. Шестопанов раз, Шестопанов два…
Лариса. Улица Шестопанова закрывается…
Человек в халате. Кто за то, что он генерал, поднимите руки. (Поднимает руку.)
Лариса. Я— за. (Поднимает руку).
Филипп. А мне — пофиг, генерал это или нет.
Человек в халате. Пиши — один воздержался.
Филипп. Я бы поднял руку за Глазенапа — можно?
Человек в халате. Поднять можно.
Лариса. А Ипполит?
Ипполит. Рука болит. Отстаньте.
Человек в халате. Значит, единогласно. (Достает из кармана свою коробочку, нажимает кнопку, говорит как в микрофон.) Генерал Шестопанов? С вами говорят террористы из дома… (Ларисе.) Какой номер дома?
Лариса. Восемнадцать.
Человек в халате. Громче.
Лариса. Восемнадцать!
Автоматная очередь через дверь.
Человек в халате. Террористы из дома восемнадцать по вашей улице. (Пауза.) Вашего имени, да. (Пауза.) Уж так получилось. Как говорится, назвался груздем… (Пауза.) Хотим обсудить условия сдачи…
Голоса полицейских. Никаких условий. Выходите по одному, руки за голову.
Человек в халате. Мы хотели бы предварительно отпустить женщин и детей.
Голоса полицейских. Никаких условий.
Человек в халате. С точки зрения логики это не условие, а предложение.
Долгая пауза.
Человек в халате. Молчание — знак согласия. (Берет Ларису за руку и подводит к двери.)
Лариса. Я боюсь.
Филипп. Ключ. (Бросает человеку ключ от двери).
Человек в халате. Открыто. (Ловит ключ и бросает обратно.)
Человек в халате открывает дверь. Лариса не решается пройти. Человек подталкивает ее. Идет следом. Между тем Филипп подходит и приставляет пистолет к спине человека.
Филипп. Ты не уйдешь.
Человек в халате. А я как бы договорился с генералом… Секретный пункт к соглашению.
Филипп. Никаких пунктов. (Ларисе.) Иди.