Грейвс. Согласен. Неужели это правда? О моя бедная Мария! Как хорошо, что ты избавлена от подобных превратностей судьбы!
Входит Смус.
Смус. Здравствуйте, Альфред. Я не помешал? У вас; кажется, семейный прием?
Блаунт. Пожелайте нам счастья, Смус. Джо’джина моя, и…
Смус. И наши четверо друзей тоже как будто составили свою партию в пикет! Джон, милый мой, у вас такой вид, словно вы поставили крупную сумму на последнюю взятку!
Сэр Джон. Сэр, вы… я… Черт бы его побрал! И к тому же он стреляет без промаха!
Поспешно входят, оживленно разговаривая, Стаут и Глоссмор.
Стаут. Я уверен, что он на нашей стороне; с нами все просвещенные люди.
Глоссмор. Он наш, без сомнения, — если сохранил свое состояние; с нами все собственники… Милый Ивлин, вчера вы были дурно настроены, но я прощаю вас.
Стаут. Разумеется! Что сталось бы с обществом, если б человеку надобно было сохранять два дня подряд одинаковое расположение духа. Прошу слова! Мне только что сообщили о вашем избрании, Ивлин. Поздравляю! Обсуждение главного законопроекта этой сессии назначено на пятницу. Мы рассчитываем на ваш голос. Двигайтесь по пути прогресса вместе с эпохой!
Глоссмор. Храните Конституцию!
Стаут. Ваши деньги сотворят для нашей партии чудеса. Смелее вперед!
Глоссмор. Наша партия уважает людей с подобным состоянием. Крепче держитесь за нее!
Ивлин. Поверьте, я тоже безгранично уважаю всех этих достойных и разумных, хоть и несколько самонадеянных людей, почитающих себя осью в колесе, но быстрота нашего продвижения вперед зависит, я полагаю, не столько от них, сколько от Дородного Джентльмена, который сидит в коляске и оплачивает почтовые! А согласно моим политическим убеждениям, надо считаться только с тем, что будет полезнее всего именно Дородному Джентльмену.
Смус. Сиречь, Джону Булю. Се cher старикан Джон!
Стаут. Так я и остался несолоно хлебавши.
Глоссмор. Это не человек, сэр, а какой-то флюгер!
Ивлин. Смус, мы еще должны свести наш первый и последний счет по пикету. Я бесконечно признателен вам и за оказанную услугу и за урок, который вы преподали этим джентльменам! (Кларе.) А ты, Клара, тебе я обязан всем, ты примирила меня с человечеством. Друзья мои, надо признаться, что среди причуд и безумств, тщеславия, обмана и пороков, — этих актеров в великой Комедии Жизни, — мы только по своей вине не находим прекрасные души, облагораживающие других! Этих душ мало, они редки, но лучами вечной истины и любви они рассеивают мрачные тени, которые отбрасывает Время.
Грейвс. Но даже если истина и любовь найдены, для нашего более или менее полного счастья нужны еще…
Леди Френклин. Здоровье…
Грейвс. Ровный характер…
Клара. Доброе сердце…
Смус. Партия в картишки…
Джорджина. Родственные души…
Блаунт. Надлежащая степень осто’ожности…
Стаут. Передовые взгляды…
Глоссмор. Нерушимость конституции…
Сэр Джон. Знание света…
Ивлин. И… побольше денег!
Занавес
Мы нe так плохи, как кажемся или Различные стороны человеческого характера
ПЬЕСА В ПЯТИ ДЕЙСТВИЯХ
NOT SO BAD AS WE SEEM; or; MANY SIDES TO A CHARACTER.
Перевод H. МИНЦ и Ф. МИРКАМАЛОВОЙ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Герцог Мидлсекски и Лорд Лофтус — пэры, приверженцы сына Якова II, называемого Первым Претендентом.
Лорд Уилмот — молодой человек, законодатель моды, сын лорда
Лофтуса.
Мистер Шедоули Софтхед — молодой джентльмен из Сити, друг и тень лорда Уилмота.
Хардман — преуспевающий член парламента, приверженец сэра Роберта Уолпола.
Сэр Джиофри Торнсайд — джентльмен хорошей фамилии и обладатель значительного состояния.
Мистер Гудинаф Изи — человек, высокоуважаемый в деловых кругах, друг сэра Джиофри.
Полковник Флинт — бретер.
Мистер Джекобс Тонсон — книготорговец.
Смарт — камердинер лорда Уилмота.
Ходж — слуга сэра Джиофри Торнсайд.
Пэдди О’Суливан — хозяин квартиры мистера Фоллена.
Мистер Дэвид Фоллен — памфлетист и литератор, проживающий на Грэб-стрит.
Люси — дочь сэра Джиофри Торнсайд.
Барбара — дочь мистера Изи.
Дама из Мертвого переулка (леди Торнсайд).