Л у к и н. Выглядите вы прекрасно! Та смесь, Алексей Борисович, которую вы придумали для самолетов.
И н ж е н е р. Никуда не годится? Знаю.
Л у к и н. Я не говорю, что она не годится. Ведь как было дело: показались три неприятельских самолета, наш вылетел им навстречу, а у него, сзади вился густой хвост дыма.
И н ж е н е р. Он работал на грязи! Вы же знаете, Андреи Матвеевич! Он работал на грязи. Но теперь мне удалось путем перегонки добиться почти (улыбнулся) «совершенства». Мы обойдемся временно своим «бензином», если его так можно назвать!
Инженер вынимает из кармана бутылочку, наливает в пепельницу бензин и зажигает. Бензин ярко горит.
(Подтянувшись почти по-военному.) Вот! Ваш приказ о создании собственного топлива выполнен.
Л у к и н. Здорово! Вот это здорово! Верно, здорово, Шайтан?
Ш а й т а н. Ну, так… ведь очень дельный человек!
Л у к и н. А как идут работы то бакинской бухте?
И н ж е н е р (смущенно). Ведь Баку… еще не советский.
Л у к и н. Будет! Прошу уделять проекту все ваше внимание. Вы думали, что я шутил тогда? Ни на минуту не прерывайте работы. (Задумчиво.) Когда кончите проект, мы уж сумеем его осуществить!
И н ж е н е р (в порыве). Вы вернули мне жизнь, Андрей Матвеевич!
Л у к и н. Ну, это уж через край, батенька! (Вдруг.) Книги по нефти так и не принесли?
И н ж е н е р. Забыл!
Л у к и н. В другой раз не забывайте! (Протягивает ему руку.)
Инженер уходит.
Пауза.
Л у к и н. Ты на проводе, Леня?
Л е н я. Все время, товарищ начальник. (Вдруг.) Смотрите!
Лукин бросается вперед, прямо в объятия Н е с т о р а и Б а г и р о в а. Молча крепко обнимаются мужчины.
(Срывается и кричит.) Бабушка! Приехали! (Убегает.)
Л у к и н. Привезли?
Н е с т о р. Привезли.
Л у к и н. Почему такие лица?
Н е с т о р. Погибло трое, Андрей Матвеевич: Ивин, Акопян и… Василий.
Пауза.
Л у к и н (глухо). Как это случилось?
Н е с т о р. Сейчас расскажу… Вышли неделю назад из Баку. День начался неудачно! Асю на базаре узнали — арестовали!
Л у к и н. Асю! Девочка!
Пауза.
Как квартира?
Н е с т о р. Цела!
Л у к и н. Дальше!
Н е с т о р. Вечером мы вышли в море. Восемь лодок. Ночью этого же проклятого дня нарвались на белый крейсер… Кинулись в разные стороны…
Л у к и н. Правильно! Ну?
Б а г и р о в. Через некоторое время увидели, как… сторожевое судно и лодка Ивина взлетели на воздух…
Пауза. Лукин закрывает глаза рукой.
Погиб Акопян… мой старый товарищ…
С Л е н е й входит И л ь и н и ч н а, счастливая, останавливается.
Н е с т о р. Ивин, наш Ивин!
Ш а й т а н. И Василий погиб — мой названый брат.
Ильинична со стоном опускается на стул. Шайтан подбегает к ней.
И л ь и н и ч н а. Вася, сыночек…
Ш а й т а н. Успокойтесь, мамаша! (Гладит голову Ильиничны.)
Леня поддерживает ее с другой стороны.
Пауза.
Л у к и н (подходит к Ильиничне). Страшную весть привезли тебе, мать! Нет слов для тебя, нет таких слов, чтобы утешить… Большое наше горе…
И л ь и н и ч н а. Родной мой… Васенька…
Н е с т о р (тоже подходит к Ильиничне). Хорошо умер твой сын… Хорошо… Каждый из нас с радостью отдаст за это свою жизнь.
Пауза.
Понимаешь, мать?
И л ь и н и ч н а. Сына у меня больше нет… Сына!..
Ш а й т а н. Есть у тебя сын!
Пауза.
(Берет старуху под руку.) Пойдем, мать… (Уходят.)
Пауза.
Л у к и н. Еще трое: Ивин, Акопян, Василий! Большой кровью пока за жизнь платим!
За сценой нарастает военный марш. Быстро входит ш т а б н о й.
Ш т а б н о й. Бензин разрешите перевезти?
Л у к и н (подняв голову). Давайте!
Штабной щелкает каблуками и уходит на балкон. Делает кому-то знак. Музыка приближается. Оркестр уже под окнами дома. Раздаются крики команд. Музыка обрывается на финальной ноте. Входит Ш а й т а н, за ним И л ь и н и ч н а. Она подходит к Нестору. Передает ему связку баранок.