К о н д р а т е н к о. Как же вы хотите меня поблагодарить?
А х т и с е н ь к а. Как? (Стала в позу благодарящей.) Милый Пьер!
К о н д р а т е н к о. А дальше?
А х т и с е н ь к а. Вы спасли папеньку.
К о н д р а т е н к о. Дальше?
А х т и с е н ь к а. Можно вас поблагодарить?
К о н д р а т е н к о (протягивая руки). Ну?..
А х т и с е н ь к а. Благодарю вас.
К о н д р а т е н к о. И все?
А х т и с е н ь к а. А как бы вы хотели?
К о н д р а т е н к о. Как? (Взял ее за руки и только собрался поцеловать, как тут…)
Появилась У с т е н ь к а и сказала:
— Милый Пьер! Вы спасли папеньку. Я пришла поблагодарить вас за это. Я пришла поблагодарить как будто с пустыми руками, но если вы посмотрите хорошенько, я принесла вам мою руку и сердце… Конечно, я знаю, я самая старшая, но знайте, Пьер, что я такая же, как была. А если я такая же, как была, то и дальше буду такой же, а Настенька, Пистенька, Христенька, Хростенька, Анисенька и Ахтисенька уже не такие, как были, и поэтому раньше меня постареют…
А х т и с е н ь к а. Ничего подобного! Я тоже была такая, есть и буду!
У с т е н ь к а. Кроме того, я первая в доме помощница и варю кофе, как никто.
А х т и с е н ь к а. А я еще лучше сварю!
У с т е н ь к а. Кроме того, я могу зарезать курицу, а Настенька, Пистенька, Христенька, Анисенька и особенно ты, Ахтисенька, еще и до сих пор боишься. Кроме того, я очень скромная, говорит маменька, и все равно, только что сказала она, первой из нашего дома выйду замуж я! (И ушла.)
А х т и с е н ь к а. Ничего подобного! Пьер! Не обращайте на нее внимания. Она совсем не скромная. Она, когда спит, скрежещет зубами. Кроме того, она подкладывает себе бюст…
К о н д р а т е н к о. Все внимание свое я отдал уже вам, милая Ахтисенька, и потому не вижу никого, кроме вас, и ничего больше, кроме вас. Вы привлекли мое внимание, как магнит железо. Меня, террориста-эсера, тянет к вам, как к материнскому бюсту… (Взяв ее за руки, привлекает к себе.)
А х т и с е н ь к а (вдруг пальчиком). Тссс!
К о н д р а т е н к о (шепотом). Опять кто-то идет?
А х т и с е н ь к а. Комар! На вас хочет сесть вон тот комар! (Прогнала комара и погналась за ним.) Ловите его! Убейте, милый эсер Пьер!
Кондратенко гонится за комаром, но ловит ее. Привлекает к себе. Только хотел поцеловать…
Как тут прибежала Н а с т е н ь к а:
— Папенька позволил петь старорежимные романсы и говорить «господа». Милый Пьер! Вы спасли па… (Увидя Ахтисеньку в объятиях.) Ой… Неужели ты уже?
А х т и с е н ь к а. Что?
Н а с т е н ь к а. Отдаешь все, что обещала?
А х т и с е н ь к а. Ничего подобного! И как тебе не стыдно! Это Пьер учил меня дышать.
Н а с т е н ь к а. А я когда спросила у папеньки, можно ли уже петь наши романсы, а он когда сказал — можно и «господа» говорить можно, я чуть не умерла — неужели уже? А сердце да! ей-богу, уже Пьер спас папеньку от революции; беги скорей, скорей поблагодари! Милый Пьер! Вы спасли папеньку, да?.. Я хочу вас поблагодарить. Мерси… до гроба! И все, что обещала, тоже до гроба… Научите и меня дышать, Пьер!
К о н д р а т е н к о. Вы и так дышите, как кузнечный мех.
Н а с т е н ь к а. Да? А я и еще сильней умею. Только чтобы сильнее вышло, нужно, чтобы кто-нибудь сказал мне что-нибудь тэт-тэт, милый Пьер. Что-нибудь! И тогда вы увидите, как я дышу… (И уже засопела.)
К о н д р а т е н к о. Нет! Нет! Не нужно! Вам больше к лицу дышать спокойно.
Н а с т е н ь к а. Спокойно? Вот так? (Смотрит на него и дышит.)
К о н д р а т е н к о. Нет! Нет! Спокойней нужно! Тише. Дышите нормально.
Н а с т е н ь к а. Вот так? (Затаила дыхание, вдруг истерически страстно.) Пьер! Милый! Научите меня дышать нормально!
К о н д р а т е н к о. Фу-у! Нормально это так… Да дышите вы так, как всегда дышите, а ну вас!..
А х т и с е н ь к а. Что ты в самом деле пристала? И как тебе не стыдно так дышать? Не дыши так!
Н а с т е н ь к а. А ты сама как дышишь?
А х т и с е н ь к а. Я дышу, как папенька велел.
Н а с т е н ь к а. Врешь! Ты дышишь не так, как папенька сказал. Ты дышишь так, как не папенька велел. Ты дура! Дурында! Дурища!
Тут словно ветром нагнало Х р о с т е н ь к у и А н и с е н ь к у.
Х р о с т е н ь к а. Христька пишет, забожилась отомстить тебе, ой Ахтиська! А Устька маменьке пожаловалась, что ты не даешь ей с Пьером дышать, ага! Милый Пьер! Вы спасли папеньку, да? Я хочу вас тоже поблагодарить и возле вас подышать, можно?