А н и с е н ь к а. Можно? Чтобы подышать возле вас, я тоже хочу вас поблагодарить. Папеньку ведь спасли вы, да? Пьер, милый! С вами дышать всем Ахтисенька не дает, пишет Христька, забожилась отомстить ей! А Устька маменьке пожаловалась уже, а?
К о н д р а т е н к о (уж не знает, что ему и говорить). Фу-у! Пожалуйста… Но я недостоин… Кроме того, это уже черт знает что выходит: жалобы, ссоры и так далее. Вместо того чтобы дышать и передышать тех, вы не даете друг другу и мне дышать!..
Вбежала П и с т е н ь к а:
— Ахтисенька! Настенька! Анисенька и Хростенька! Вы такое тут подняли, что папенька вас кличет. Немедленно!
А х т и с е н ь к а (Настеньке). Ага!
Н а с т е н ь к а (Ахтисеньке). Это тебе — ага!
Х р о с т е н ь к а (Анисеньке). И тебе!
А н и с е н ь к а. Нет, тебе.
Ушли.
П и с т е н ь к а (торопясь). Пьер! Я не могу без вас дышать.
К о н д р а т е н к о. То есть?
П и с т е н ь к а. Я просила, и вы спасли папеньку, но почему-то после этого сдерживаетесь и только снитесь мне. Как вам не стыдно так сдерживаться, мучить меня и себя! Милый! Пьер! Довольно! Я уже третью ночь не сплю, все жду вас, жду, чтобы вы приехали на извозчике ночью и чтобы было тихо, тихо, чтобы даже лошади не дышали и чтобы наконец вы украли меня и бессознательную во весь дух повезли на кладбище в церковь, а потом на край света. Почему же вы не едете, скажите? Ну почему?
К о н д р а т е н к о. Я? На кладбище? На край света? На извозчике? Извините, но это прогимназические, четырехклассные фантазии и химеры. Туман, в котором заблудится лучший извозчик. Вы взрослая девушка. Отбросьте все это, Пистенька!
П и с т е н ь к а. Это моя благодарность — не отбрасывайте ее! Кроме того, вы ведь тоже против революции, хотите убежать от нее и от большевиков? И я тоже. Давно тоже. Еще после того, как они посрывали голубые петлицы, золотые погоны и всю красоту жизни, а всех кавалеров сделали неинтересными, все ходят в солдафонских шинелях, говорят о картошке и ни одного слова о луне. Я не могу и хочу убежать. В Венецию, например, Пьер, где гондолы и гитары! Или в Мадрид, где быки и гладиаторы! Я буду делать цветы из бумаги и продавать, а вы… будете любить только меня и больше ничего. Крадите же меня, милый! Сегодня ночью! Сейчас! Ну крадите же!
К о н д р а т е н к о. Вот тебе и на — карьера на курьерских! Извините, но все это ерунда и чепуха.
П и с т е н ь к а. Крадите, а не то я… вас украду!
К о н д р а т е н к о. Послушайте! Да что вы! Подождите! Что скажет ваш папенька? Я папеньке скажу!..
Вернулась А х т и с е н ь к а:
— Ничего подобного! Пистька обманула! Папенька не кликал меня. Наоборот, сказал и приказал, чтобы ты (Пистеньке) сейчас ушла и отдельно дышала. Немедленно чтобы! Слышишь?
П и с т е н ь к а тяжело, ревниво задышала, но отошла.
К о н д р а т е н к о. Теперь вы уже меня спасли, милая Ахтисенька! Разрешите мне теперь вас поблагодарить!
А х т и с е н ь к а. За что? Разве Пистенька вас — что?.. (Ревниво.) А?
К о н д р а т е н к о. Не надо волноваться, Ахтисенька! Ничего особенного не случилось. Я просто горел перед вами, как свеча перед моей новой иконой. Вы побежали к папеньке. А на меня задышали так, что чуть не погасили.
А х т и с е н ь к а. Это Пистька идиотка!.. Пьер, милый! Не обращайте на нее внимания! Милый! Говорите!
К о н д р а т е н к о. Ахтисенька, дорогая! Пойдем туда, подальше, где никто, кроме нас, не будет дышать. На ту сторону острова.
А х т и с е н ь к а. А если будет дождь или есть захочется?
К о н д р а т е н к о. Мы залезем в шалаш. Я наловлю для вас рыбы, нарву пахучего сена, водяных лилий, и мы будем дышать вот так. (Опять привлек Ахтисеньку.) Дышать и дышать.
А х т и с е н ь к а. Как вы поэтично дышите, Пьер!
К о н д р а т е н к о. Это вы меня вдохновляете, Ахтисенька! (Только собрался поцеловать, как тут…)
Опять из-за кустов появилась Х р и с т е н ь к а. Рукой чирк-чирк.
К о н д р а т е н к о (яростно). Слушайте! Вы знаете поговорку на «а»?