Я. Ничего. Мы с вами скоро будем в последней стране…
О н а. Это, конечно, намек на наш поэтический чердак? (Левую бровь изломила.) Спасибо. Но я и здесь (жест вокруг) вас ждала и уже вырастила целый сад любви. Смотрите! Вот мраморные ступени. Не правда ли, они прелестны? Вот (жест на капли и струю) фонтан и водяные часы в то же время. Здесь если проведешь ночь, то такое впечатление, будто вечность отбивает такт — музыка жизни и смерти.
Я. Здесь жили недавно рабочий и его жена. Был на войне. Жена ждала. Считала эти капли не одну ночь и не две…
О н а (с беспокойством). Да-да… Вот (жест на скамью) садовая скамейка. (Отблеск юмора.) Специально для поэтов. Присядьте, дорогой мой гость! Вы, верно, устали? Нет? Чем же мне еще потчевать вас? Я бы сыграла вам, если бы меня не разлучили с моим пианино. Зачем оно им? Кто из них умеет играть? Скажите, кто будет играть?
Я. Не беспокойтесь о них! Сыграют!
О н а. И «Патетическую»?
Я. С нее-то и начнут…
О н а. Да? (Печально.) О, как бы я сейчас сыграла! Сонату про юношу, который мчится на коне в степи, дорогу у ветров спрашивает. Помните? Пасхальную ночь? (Даже руками пробежала будто по клавиатуре.) Я тогда вам писала письмо. Хотите, покажу? Сберегла! Ждала. Я долго ждала вас! Давно! (Левая рука будто на клавишах. Правая мысленно пишет.) Во сне. В мечтах. Будто где-то в голубых веках летала все и вас высматривала.
Я действительно слышу музыку — Rondo. Что это? Нервы? Галлюцинация? Гипноз? Надо кончать! Пора!..
Я (спрашиваю). Скажите, вы и тогда чайкой летали?
О н а (руки упали. Смешалась. Как девочка, пойманная на шалости и не знающая, что сказать). Нет!.. Нет!.. Я так летала. Я просто летала…
Я. Мошкой?
О н а (почувствовав женским инстинктом, что произвела жалкое впечатление, вдруг выпрямилась). Нет! Нет… (Вызывающе.) Да!.. Я чайкой летала!.. (Пересилив себя, испытующе.) Скажите… а вы теперь пришли воспеть ее или арестовать?
Я. Я пришел ее спросить… Просто! Без аллегорий! Скажите, пошли бы вы сейчас со мной туда, наверх, вместе, чтобы рассказать обо всем этом?
О н а. О чем?
Я. О чем? Ну о том, например, как жил в подвале безногий рабочий, а наверху поэт жил и неподалеку от него одна девушка, как у нее вся жизнь была музыка, у поэта — мечты от этой музыки, а у рабочего — водяные часы. Как часы пробили час восстания подвала и как девушка обманула поэта, начала играть золотой булавой. Как сыграла она «чики-чики», напустила офицерчиков — поэт помог. Как унесли безногого и убили… Я иду сказать, что я изменник. А вы скажете, что вы Чайка?
О н а. Значит, там еще об этом… не знают?
Я. Если бы там знали, то, думаю, нам незачем было бы туда идти: они бы давно пришли к нам и напомнили, что лишь тот борец за идеи, что лишь тех идеи победят, кто с ними взойдет на эшафот и скажет их смерти в глаза. Вы скажете?
О н а (опять оробела, как девочка, в руках дрожит девичий фартучек). Я?..
Я. Аврам, безногий, донес свои идеи до самой дальней ямы, на свалке, и бросил смерти в глаза. Зинка тоже! Зинка! А вы, вы донесете свои хотя бы до первого регистрационного стола? Вы скажете?
О н а (руки оставили фартучек). Я скажу!.. (Опять дрожит он в руках.) Я вам скажу… Я лучше вам скажу…
Я. Тогда придется мне за вас сказать. Разрешите?
О н а (овладев собой). За это вам уменьшат наказание, да?
Я. Ах, не об этом я… не об этом! Еще тогда, когда освободил Пероцкого, ходил я по степи. Всю ночь проходил. Был первый разговор у человека в степи с самим собой об измене и о смерти, и вывод: убить себя — это еще не наказание. А наказанием будет то, которое наложит на меня Лука, общество, класс. Пойду и скажу. Но я не пошел, так как носил еще в душе ваш милый образ, так как еще не знал, что в светлой теплоте своих глаз вы носите черный холод заговора.
О н а (вызывающе). Я сама об этом скажу! Пойду и скажу. Да, я Чайка! Скажу: я та Чайка, которая летала над Желтыми Водами, о дороги чумацкие билась (стихая), которая летает и бьется в сердце каждого казака… Я скажу, что я… (Опять девочкой.) Мне надо переодеться, да?
Я. Лучше идите так.
О н а. Так?.. Нет, я переоденусь!.. Я сейчас!.. Скажите, что лучше всего мне надеть?
Я. Искренность и мужество.
О н а (не поняла сразу моей мысли, засуетилась). Да? Тогда я сейчас… Подождите! Я сейчас. (Поняла.) Ах, вы вот о чем!..