О т е ц А н а с т а з и. На вашем месте, ваше превосходительство я бы попросту бросал такие письма в корзину.
Г у б е р н а т о р. Я так и делаю. Однако некоторые просматриваю. Хочется знать, что думают обо мне люди. Всю жизнь это мне было, в общем-то, безразлично, но теперь…
О т е ц А н а с т а з и. Никто не думает так, ваше превосходительство, как этот неразборчиво подписавшийся негодяй. Никто, кроме ничтожной кучки плохих, коварных людей, отбросов нашего общества.
Г у б е р н а т о р. Ошибаетесь, преподобный отец. Все так думают. Даже моя собственная жена уже два дня смотрит на меня как на человека, который вскоре исчезнет. (После паузы, тише.) Я и сам так думаю… Не знаю, собственно, почему? Я только выполнил свой долг, как привык это делать десятилетия. А все же впервые недоволен собой… Может, это старость?
О т е ц А н а с т а з и. Я уже сказал, ваше превосходительство, что это щепетильность, свойственная христианской совести, сама по себе достойная похвалы и уважения.
Г у б е р н а т о р. Такое утешение, дорогой друг, приберегите для мужика, который во хмелю убьет неверную жену.
О т е ц А н а с т а з и. Боже, что за сравнение! Его превосходительство — и какой-то мужик. Представляю его себе, смердящего водкой, с топором в руке…
Г у б е р н а т о р. Что касается меня, преподобный отец, то тогда я держал в руке только это… (Тянется к карману, достает белый платок, берет его кончиками пальцев, показывает.) Я сделал тогда вот так…
Легкий взмах платком сверху вниз. Отец Анастази недоуменно смотрит на платок.
Это было все, что я сделал. (Медленно подносит платок к глазам, рассматривает.) Да, это было все, что я сделал. (Прячет платок в карман.)
О т е ц А н а с т а з и (после долгого молчания, озабоченно). Вам надо уехать отсюда, ваше превосходительство, совершить увлекательное путешествие…
Г у б е р н а т о р. Что, и ты туда же, преподобный отец? Я ждал от тебя иного совета. Что бы ты сказал мне, если бы я, к примеру, решил уйти в монастырь, а?
О т е ц А н а с т а з и. Это хорошо, ваше превосходительство, либо для святых, либо для великих грешников. Высокий пост, занимаемый вашим превосходительством, не требует святости, и вместе с тем он выше заурядных человеческих слабостей, которые суть источник греховности. Ни один человек не может собственной персоной убить сразу сорок два человека. Власть, ваше превосходительство, это нечто подобное наводнению либо землетрясению. Впрочем, ваше превосходительство знает это лучше меня…
Г у б е р н а т о р (со скучающим видом). Словом, ты не советуешь идти в монастырь. Не беда. У меня и так не было подобных намерений. Достаточно, если ты отслужишь по мне панихиду. Отслужишь, преподобный отец?
О т е ц А н а с т а з и (растерянно). После долгих и долгих лет жизни, ваше превосходительство. Еще не отлиты свечи для этого обряда.
Г у б е р н а т о р. Обойдется без свечей, преподобный отец. Впрочем, моя жена все равно позаботится, чтобы их было побольше… Боюсь также загадывать, о чем будет думать тогда моя дочь. Пожалуй, нет такого преступника, над которым бы не поплакал хотя бы один человек. Обычно это делают матери. Но моей уже давно нет на свете… Я думал, что, может быть, ты, преподобный отец… (Разражается смехом.) Нет-нет! Я вовсе так не думал. Мы слишком давно знаем друг друга, не правда ли?
О т е ц А н а с т а з и (уязвленный, встает). Разрешите проститься, ваше превосходительство. И пожелать вам спокойствия душевного. Мы, слуги божьи, облечены правом оделять им равно как малых, так и великих мира сего. Я был бы рад, если бы и ваше превосходительство восприняли так мой визит. (С явной издевкой.) Пойду теперь возмещать духовный ущерб, причиненный нашему городу чем-то вроде наводнения или землетрясения.
Г у б е р н а т о р. Этого я не могу тебе запретить, преподобный отец. Я провожу тебя. Пойду прогуляюсь по саду. Мне надо поговорить с нашим сторожем, человеком простым и искренним. Не сердись, отче, но в некоторых случаях я привык считаться более с его мнением, чем с чьим-либо иным.
Сад. Часть ограды в форме длинных пик. С т о р о ж Л у к а сидит на цоколе ограды, исправляет скворечник. При виде приближающегося Губернатора встает, вытягивается по-военному.
Ну как, Лука, все с чем-то возишься?
Л у к а. Домик исправляю, ваше превосходительство. Для птиц.