М а н у э л ь. Но ведь дамы требуют…
Т р е т ь я д а м а. Однажды, господа, путешествуя по Мексике, я познакомилась с тореадором. Он уверял меня, что его шпага не знает промаха, хоть и был набожен, как капуцин.
П е р в а я д а м а. Может, именно поэтому?
В т о р а я д а м а. Это плохая тема для разговора, господа…
С у с а н н а. Что, тореадор или капуцин?
В т о р о й г о с п о д и н. Господин ротмистр наверняка привез какие-нибудь столичные сплетни?
М а н у э л ь. Я готов распаковать этот багаж немедленно. Политические или для дам?
Оживленная толпа обступает Мануэля. Третий господин с четвертым господином выступают вперед.
Ч е т в е р т ы й г о с п о д и н. Слыхали, как будто уже назначен новый?
Т р е т и й г о с п о д и н. Кто — новый?
Ч е т в е р т ы й г о с п о д и н. Как — кто? Новый губернатор.
Т р е т и й г о с п о д и н. А с нашим что?
Ч е т в е р т ы й г о с п о д и н. Как, вы не знаете? Отправляют послом в Мексику.
Т р е т и й г о с п о д и н. Мексика, гм, любопытная страна. Но вы, вероятно, что-то перепутали. Речь была о корриде.
Ч е т в е р т ы й г о с п о д и н. Это только так говорится — мол, «бой быков», а интеллигентный человек моментально смекает, что имеется в виду новое, важное назначение.
П р е ф е к т (подходит к Рассказчику, который стоит в стороне). Вечер удался на славу, не правда ли?
Р а с с к а з ч и к. Как всегда в губернаторском доме.
П р е ф е к т. Вот именно. Даже попадая сюда впервые, человек чувствует себя так, словно бывает тут каждую неделю, не правда ли?
Р а с с к а з ч и к. Впервые? Мне казалось, что я уже встречал вас здесь.
П р е ф е к т. Вы — меня? Это странно, ибо до сих пор я как-то не имел счастья, хоть бывал тут десятки раз.
Р а с с к а з ч и к. Я человек незаметный, в глаза не бросаюсь, в обществе, скорее, немногословен. Просто наблюдаю и слушаю…
П р е ф е к т. Весьма ценю такие склонности, но не у всех.
Р а с с к а з ч и к. Не опасайтесь, я вам не перейду дорогу.
П р е ф е к т. Увы, моя профессия не располагает к спокойствию. Те, кому мы обязаны его обеспечить, отнюдь не облегчают нашей задачи.
Р а с с к а з ч и к. Вы имеете в виду его превосходительство?
П р е ф е к т. Посудите сами, как обеспечить безопасность человеку, который носит свою смерть вот тут, в голове? Я говорил с ним сегодня утром. Да, она в его собственной голове. Нет, эта задача не для полиции. Он сам об этом знает, запрещает приставлять к нему наших агентов. Разумеется, я говорю это только вам…
Р а с с к а з ч и к. Благодарю за доверие.
П р е ф е к т. Это не имеет ничего общего с доверием. Просто я предпочитаю сказать это лучше вам, чем кому-либо из присутствующих в этой гостиной. Я слишком хорошо их знаю. Они верят всерьез во всемогущество полиции. А вы по крайней мере не похожи на такого…
Р а с с к а з ч и к. Говорить со мной — все равно что в колодец. Вы увидите только собственное лицо и услышите только собственный голос.
П р е ф е к т. Благодарю. Время от времени это бывает человеку необходимо. (Внезапно захихикав.) Ну и хитрец же вы! Подозреваю, что вас прислали из столицы, Например, из министерства внутренних дел, а? Признайтесь-ка старому специалисту, а?
Р а с с к а з ч и к. Вы правы. Я именно из министерства весьма внутренних дел.
А д ъ ю т а н т (подходит к Префекту, несколько растерянный). Господин префект, на одну минутку… (Рассказчику.) Извините… (Отводит Префекта в сторону.) Не знаете ли, где может быть его превосходительство?
П р е ф е к т. Как это — где? У себя, принимает гостей. Вас, меня.
А д ъ ю т а н т. Казалось бы, так. А тем не менее его нет ни в той, ни в этой гостиной.
П р е ф е к т. Как это — нет?
А д ъ ю т а н т. Уже по крайней мере минут пять…
П р е ф е к т. Ах, господин поручик, даже губернаторы иногда бывают вынуждены исчезать на пять минут.
А д ъ ю т а н т (озабоченно). Это верно. Вообще-то я не спускаю глаз с его превосходительства, но… вы понимаете, несколько минут внимание мое было поглощено некоей очаровательной молодой особой, и вдруг… вдруг у меня мелькнула мысль, что за это время что-то произошло с его превосходительством…
П р е ф е к т. Обыкновенная навязчивая идея. Солдат, уснувший на посту, всегда просыпается с мыслью, что его разоружили. Просто вы слишком долго смотрели в глаза очаровательной молодой особе.