Орнифль. Да, у меня частые головокружения.
Профессор Галопен (паясничая). Это от легких!
Орнифль. Боль в левой руке...
Профессор Галопен. Все от легких!
Орнифль. Пелена перед глазами...
Профессор Галопен (все больше увлекаясь ролью). От легких! От легких!
Доктор Субитес угодливо смеется над шутками своего патрона.
Орнифль (с горечью). Шутка весьма удачная! Но я уже слышал ее от Субитеса.
Профессор Галопен (с беспокойством оборачивается к Субитесу). Правда? Сегодня вечером нам нельзя появляться вместе, дражайший, не то весь эффект пропадет. Видели вы мою клистирную кружку? Великолепна, а? Бьюсь об заклад, что вы не догадались прихватить такую! Уверен, что против этого дамы не устоят! (Вновь оборачивается к Орнифлю.) Так где же наше сердце?
Орнифль (угрюмо). Слева.
Профессор Галопен (приготовляясь выслушать его). Это уже хорошо. (Когда он наклоняется, его островерхий колпак задевает Орнифля за нос.)
Орнифль. Колпак!
Профессор Галопен (выпрямляясь). Какой еще колпак?
Орнифль. Своим колпаком вы угодили мне в нос.
Профессор Галопен. Простите. (Оборачивается к Субитесу.) Вот вам лишнее доказательство, друг мой, если только в этом еще есть необходимость, что наши коллеги в семнадцатом веке не умели выслушивать больных! Я собираюсь написать небольшое исследование о состоянии кардиологии в ту эпоху. И эта мелкая деталь чрезвычайно ценна. Вот видите, какую роль играет случай в наших познаниях! Пастер сделал свое великое открытие, по рассеянности забыв пробирку в лаборатории. А я, нахлобучив на себя этот несуразный колпак, пытаюсь выслушать больного и убеждаюсь, что врач в семнадцатом веке был физически не в состоянии аускультировать больного!
Субитес (с тайной насмешкой). Это и в самом деле чрезвычайно любопытно.
Орнифль (с невинным видом). Может, они его снимали, когда выслушивали?
Профессор Галопен (оторопев). Что снимали?
Орнифль. Колпак.
Профессор Галопен (пораженный). О! В самом деле, может быть, они его снимали! Об этом я не подумал. (С неожиданной строгостью.) Расстегнитесь. Вот что я скажу вам, дражайший: на своем веку, как-никак, я достаточно повидал сердечников. Так вот: когда у человека поражено сердце, он никогда не испытывает боли в сердце. Боли бывают в желудке, в печени, даже в ноге, но только не в сердце!
Орнифль. У меня боль в спине.
Профессор Галопен. Посмотрим. (Выслушивает его в строгом молчании. По мере того как он слушает Орнифля, вид у того становится все более нездоровый. Субитес стоит в позе студента, с интересом наблюдающего в больнице за утренним обходом профессора. Продолжая выслушивать Орнифля, неожиданно.) Вы знаете анекдот про зайца и академика?
Субитес (стремясь угодить ему любой ценой). Нет, дорогой профессор...
Орнифль (выдавая его). Вот лгун! Всего минуту назад он пытался мне его рассказать!
Профессор Галопен (выпрямившись, обиженно, Субитесу). Ах вот как, вы тоже его знаете? Вот что, дражайший, нам сегодня решительно лучше держаться врозь...
Субитес (услужливо). Да, но зато ваш друг Орнифль не знает этого анекдота. Я не успел ему рассказать...
Профессор Галопен (просияв, оборачивается к Орнифлю). Значит, вы его не знаете? Правда? Ну, слушайте, дорогой: по набережной Конти проходит заяц, а навстречу ему идет академик в полном параде. Пораженный заяц застывает на месте. Академик тоже останавливается, прикладывает к глазам лорнет и бормочет: «Ах, это заяц!» А заяц, поглядев на академика, бормочет: «Ах, это салат!»(Разражается громким смехом.)
Субитес угодливо хихикает. Не смеется один Орнифль.
Субитес (со смехом). Прелестный анекдот, дорогой профессор! Я его знал и прежде, но вы рассказываете гораздо лучше меня!
Орнифль (учтиво). А что ответил академик?
Профессор Галопен (давясь смехом). Ничего! Он ничего не ответил! Но все непременно задают этот вопрос! А анекдот про девочку, которая проглотила кусок мыла, вы знаете?
Орнифль (раздраженно). Нет! Но что же все-таки с моим сердцем?
Профессор Галопен. Что с вашим сердцем? Ах, вы хотите знать, что с вашим сердцем? Ваше сердце в полном порядке! Хотел бы я иметь такое сердце! Если желаете, попейте липовый отвар.(Оборачивается к Субитесу.) Нам надо бежать, дорогой мой. Не то мы опоздаем. А когда на эти роскошные - как бишь их? - балы придешь с опозданием, всех хорошеньких женщин уже расхватают. Тот анекдот про девочку, которая проглотила кусок мыла, я расскажу вам в машине. (Орнифлю.) Ну как, мнимый больной, мы вас забираем?
Орнифль. Нет, ни в коем случае.
Профессор Галопен. Ну, как знаете! Прощайте, дорогой друг!
Орнифль. И спасибо!
Профессор Галопен (со смехом). Вот уж не за что!
Субитес. Напрасно ты отказываешься ехать с нами. Профессор - великолепный рассказчик. До скорого! Вот увидишь, соскучишься тут один и непременно приедешь на бал, я в этом уверен.
Орнифль. Не думаю. Прощайте. Больные не провожают своих гостей. Так сказано у Мольера.
Профессор Галопен (выходя вместе с Субитесом). Ладно! Ладно! Мы и сами помним классиков! Послушайте, а тот анекдот про лангусту, которая боялась привидений, вы тоже не слыхали?
Оба уходят. Входит Ненетта.
Ненетта. Мсье, опять пришел тот молодой человек. Сегодня он уже третий раз является. У меня просто не хватает духу сказать ему, чтобы он пришел в другой раз.
Входит графиня, тоже в костюме XVII века.
Графиня. Что я слышу? Вам нездоровится, и вы решили не ехать на бал?
Орнифль (Ненетте). Скажите молодому человеку, чтобы подождал. Я скоро его приму. (Ненетта уходит. Обернувшись к графине.) Да, дорогая, по зрелом размышлении я решил остаться. Мне что-то не по себе, я немножко отдохну.
Графиня (с улыбкой). Неужто господь бог решил наконец подарить мне приятный вечер?
Орнифль. Оставьте господа в покое. Он даром ничего не дает. Он еще заставит вас дорого расплатиться за этот приятный вечер. Поезжайте на бал. Все говорят, что там будет весело, к тому же платье у вас прелестное.
Графиня. Если вам нездоровится, мой долг - остаться с вами. Когда мы поженились, я говорила вам, что у меня очень развито чувство долга. К сожалению, с таким мужем, как вы, женщине редко доводится выполнять свой долг. Вы понимаете - для меня это неожиданная удача. Я остаюсь.
Орнифль (недовольно). Терпеть не могу, когда за мной ухаживают. При мне и так состоят Ненетта и Сюпо, упивающиеся своей преданностью. Наверно, они сейчас спорят о том, кто сварит мне липовый отвар. Уф! Не вмешивайтесь хоть вы в эту смехотворную возню, дорогая! Поезжайте на бал! Веселитесь, и пусть мне потом расскажут, что вы были прекрасны. Я еще больше стану вас уважать. И без того вокруг меня слишком много преданных женщин.
Графиня (неожиданно). Почему вы на мне женились, Жорж?
Орнифль (удивленно). Странный вопрос!
Графиня. Это пришло мне на ум, когда я взглянула на розы, которые стоят на вашем письменном столе. Я купила их сегодня утром, предвидя, что вы об этом не подумаете. Сегодня десятая годовщина нашей свадьбы.
Орнифль (после небольшой паузы подходит к розам, нюхает их). Как бежит время... Поистине моя забывчивость непростительна... К тому же дело осложняется тем, что мне всякий раз все прощают. Женщины просто обожают прощать.