Я безропотно отвечала на все ласки Гука, целовала в ответ, без остатка отдаваясь вспыхнувшей страсти между нами. Я тонула в своих ощущениях, позабыв обо всём на свете.
Когда наши тела, раскалённые взаимными ласками, готовы были слиться в едином порыве, Гук прошептал, тяжело дыша: «Противозачаточные?»
Я отрицательно покачала головой, ответив: «Презервативы в сумочке».
- Ты сводишь меня с ума, Со Ын,- он впервые за всё время назвал меня по имени. В его глазах, что были затуманены страстью, вдруг промелькнула тень негодования.
- Ты собралась в клуб, прихватив с собой презервативы?
Коснувшись ладонями его плеч, я отвела взгляд, выдав смущённое: «Угу».
- На что ты там надеялась? - рыкнул Гук и склонился надо мной.
- Плохая девочка, - шикнул он мне в ухо и шепнул: «Укушу». Сцепив зубами мою мочку уха, он тут же нежно обхватил её губами, заставляя меня выгнуться ему навстречу.
- Знаешь, может быть, это неплохо, - тихо заговорил Чонгук, проведя ладонью от моей груди, по талии и ниже, - что эта петарда, запущенная тобой, задела именно меня.
- Почему? - удивилась я, сгорая от дрожи, которую вызывали прикосновения парня.
- Потому что ты здесь, со мной, а не ошиваешься по клубам в поисках сомнительных удовольствий.
Он уткнулся носом во впадинку моей шеи, языком провёл вниз, едва касаясь губами моей кожи. Чонгук дразнил меня, заставляя гореть от нетерпения. Но горел сам, отдаваясь в пучину нашей пылкой страсти. Казалось, он совершенно позабыл о своей травме, и только лишь выбираемые нами позы, напоминали мне о том, что надо быть более осторожной, чтобы не причинить Гуку вреда.
Мы раз за разом, будто опоённые, отдавались друг другу. Это была самая незабываемая ночь в моей жизни, но как только была достигнута высшая точка, как только дурман возбуждения спал, как только сердце возобновило свой обычный ритм, в голову пришли совсем не радостные мысли.
Дождавшись, когда уставший Чонгук ровно задышит, погружаясь в безмятежный сон, я выскользнула из-под одеяла и, наспех одевшись, покинула палату. Голова кружилась от тех эмоций, что я испытала, но страх завладел моим сознанием. Что если я захочу повторить это снова? Что если я слишком поддамся этим бесперспективным чувствам?
Выходя на улицу, вдыхая морозный воздух, я попыталась уверить себя в том, что всё, что было между нами в палате, никогда больше не повторится. Пусть это останется волшебством на одну ночь...
========== Эпилог ==========
Я сбежала. Выключила телефон и уехала к маме в горную деревушку. Я понимала, что поступаю неразумно, словно глупая школьница, но мне необходимо было побыть подальше от Чонгука, переболеть этой ситуацией. Несколько дней я помогала маме по хозяйству, топила ондоль, кормила кур и уток, убиралась во дворе и дома. За будничными делами я старалась не думать о Чонгуке, но воспоминания о рождественской ночи вновь и вновь беспокоили мою душу.
- Что случилось, Со Ын? - спросила у меня как-то мама, когда вышла на крыльцо поздней ночью. - Я же вижу, тебя что-то беспокоит.
Наблюдая за россыпью звёзд, что мерцающими точками нависли над заснеженными шапками гор, я задумчиво покачала головой:
- Всё в порядке, просто не спится.
Я почувствовала, как мама накрыла меня пледом и погладила ладонью по голове.
- Дочь, если это связано с любовью, то всё нормально, - тихим шёпотом заговорила она. А я в который раз удивилась её проницательности. Маму не проведёшь, она будто на ментальном уровне знает, что творится с её ребёнком.
- Когда кто-то влюблён, смятения в душе не избежать. Это нормально - сомневаться, чего-то боятся. Все через это проходят. - Улыбнулась доброй улыбкой мама и прижала мою голову к плечу.
- А если я не хочу этого? - выдавая себя с головой, горячо ответила я.
- На расстоянии всё равно проблему не решить, - тихий голос мамы успокаивал, будто убаюкивая моё мятежное сознание. - Не бойся идти навстречу своим страхам, это всё же лучше, чем отсиживаться в стороне, надеясь, что всё само уляжется.