В целом, остался доволен — маловато, конечно — но на безшимозье и фосфор хорош. Банька, кстати, так и не сгорела — оставшись торчать обугленным намеком на людскую неблагодарность. Но решил потешить себя надеждой, что сухой внутри корабль противника, да в теплую погоду — оправдает мои ожидания.
На следующий день, сразу после батюшки, зажигал речью кутающиеся в плащи ряды курсантов на долгую дорогу. Вот всегда так — или снег стеной или небо чистое, но холод собачий. И не скажу, что лучше. В любом случае — надо выходить, и мне и им. Мне 900 километров до Азова, им почти 1500 километров до Холмогор. На Дону ледоход на месяц раньше, чем на Двине — укладываемся впритирку. Курсантам придам одну роту постановщиков лагеря из корпуса, и роту охраны — а сами мы, как ни будь, справимся — все же трое саней это не пять сотен.
Гомон города оставался за спиной, постепенно сменяясь зимней тишиной дороги, скрипом снега, топотом лошадей по укатанному зимнику. По берегам вновь встали в карауле леса, отгородившие короткий караван саней от мира. Казалось, время замерло, и ничего не меняется день ото дня. Но время обманывало. Оно втихаря совершило обходной маневр и неслось вскачь. А когда посчитало, что набрало достаточно преимуществ — напало на нас, со всей неумолимостью, заставляя капитулировать. Но не на тех напало.
Тогда время начало подстраивать нам козни и засады — то снег начал налипать на все подряд, а то и потаившая полянка хватала нас за полозья. В партизанской войне время явно начинало выигрывать. Скоро март.
За этой войной со временем — посещение земельных артелей прошло на заднем плане. Ну, стоят по берегу Дона деревеньки с большими общинными домами и артельными сараями под скотину. Хорошо стоят. Народ внутри гостеприимный веселый, хоть и настороженный по началу. Казаков пожилых много. Бабы появились, и, судя по налаженности быта — уже давно. Османских батраков, так же с семьями — было на удивление много — гораздо больше, чем изначально закладывал в планы — но и поля планировали значительно расширять. Народ видел за этим делом будущее, и это радовало.
На переходе меж артелями нарвались на конный десяток казаков, чуть до стрельбы дело не дошло — потом до мордобоя, так как казаки несколько преувеличили свою значимость.
Точнее не так — до мордобоя дело дошло, но в единственном экземпляре. Молодой казак довыступался, а мне даже не дали его приструнить. Морпех вежливо вывернул юношу из седла, лошади то низкие, и применил мой любимый прием — разгон тела, удерживаемого за шиворот, вниз, навстречу разгоняемому вверх колену. Дикие нравы тут. Уперся стволом револьверного монстра в печень ближайшего всадника, вежливо ему улыбнувшись — свои мы, свои. В Ростов на Дону едем. Пришлось задерживаться, и праздновать примирение. Время провели не без пользы — казаки обстановку пересказали. Удивили. Полный Крым войск, а набеги каких-то заблудившихся татар не прекращаются. Хотя, до артелей эти пересыхающие ручейки не добираются, и патрулирование артелей у казаков считают отпуском. Хорошо оплачиваемым.
Судя по словам патруля, Боцман поставил себя тут как надо, нашел общий язык со стариками, а уж те набили, в смысле, договорились с кем надо.
Строительство плотины посетили проездом — не интересно, строят и строят. Глядишь, года через четыре достроят, и станет интереснее. На водохранилище у меня были большие планы. Как и на канал, куда потом перейдет вся эта многотысячная толпа.
До Боцмана добрались только 7 марта. Отметив наш почти закончившийся забег грандиозной … эээ … посиделкой. Заодно и 8 марта отметили — народу было уже абсолютно все равно, что праздновать.
Девятого марта, к треску в голове присоединился треск реки. Вот ведь … не успели.
Хотя, теперь дойдем и на конях. От одной этой мысли к общему нездоровому состоянию организма добавились фантомные боли основания, теперь обладающему условным рефлексом на слово седло. Раньше читал, что к седлу быстро привыкают. Наверное, мне седла попадаются неправильные — чем дальше, тем больше они напоминают пыточный инструмент для организма.
Делами занялись только 10 марта, и четыре дня обсасывали результаты работ, выводы и планы. Казну пополнили — приятная неожиданность. Этот жук, в смысле Боцман, часть зерна все же толкнул за рубеж. Действительно, не простаивать же торговому флоту! А связи иначе не наладить. Но претензий у меня быть не может — все мои проекты снабжались нормально, строителям плотины подкидывали, по-соседски, хотя, там снабжением петровские приказы занимаются. Еще и на фактории завезли — многим продавали в кредит. Так что, задел для новых приказчиков, считай, создали.