Вывел представителя губернатора на верхнюю палубу — велел ему полюбоваться городом последний раз и дал отмашку работать по второй схеме.
Башни задрали стволы и первые гостинцы, в давящем на уши грохоте, ушли за стены города. Теоретически, если верны были мои ночные расчеты и привязка канонерок по месту — гостинцы лягут прямо перед окнами коменданта. Плюс минус пара кварталов.
После первых залпов спустились на среднюю палубу, в кубрик. Никаких особенностей конструкции посол тут не увидит, а канонада тут потише. Точнее, менее резкая.
Спокойно выслушал от посла эпитеты, связанные с моей бесчестностью — в ответ выдал ему ультиматум. Сдача города к вечеру на почетных условиях — то есть, гарнизон уходит с флагами и оружием. Без пушек. Как стихла канонада, подождали еще минут сорок, чтоб утихла крепость, и отправили представителя восвояси.
Город горел. Горел жадно, и во многих местах. Хотя, для такого города — это капля в море, вот только пожары разрастались. Тем не менее, вечером сдачи города не ждал. Не сдадут мне Выборг, не та у меня карма. Но и отступать поздно.
Выслушивал отчет штурмовиков. С востока — так с востока, им на месте виднее.
День опять прошел в раздаче приказов и ожидании. Вечером послы так и не прибыли. Можно считать, что нас послали со всеми почти мирными предложениями?
Ночью линкоры открыли огонь по городу, сконцентрировавшись у бастиона и участка крепостной стены с выбитыми пушками. Калеными ядрами. На кого бог пошлет.
Редкие залпы канонерок подавляли попытки свеев поднять на стены замену выбитой артиллерии и запаливали в городе ориентиры для линкоров. Но основную партию играли все же линкоры — у них запасы были гораздо больше. Они всю ночь способны были долбить город. При этом, все это была дымовая завеса — кстати, в прямом смысле. Клубы дыма стлались по заливу, закрывая видимость и не желая подниматься к серым и низким тучам, которых, впрочем, ночью не разглядеть.
С кораблей шла высадка десанта. Спокойно, по-деловому, высаживались полки и абордажные команды линкоров. Даже пушки полка грузили на понтоны. Скрипа талей и громких возмущений поставленной на ногу станиной все одно за канонадой слышно не было. Почти шесть тысяч человек, при десяти пушках и тысяче картечниц концентрировались перед восточным, земляным, валом крепости со стороны берега.
Канонада терзала уши всю ночь, с короткими перерывами на смену бортов линкорами — эта операция проводилась по очереди, простой весельной буксировкой, но занимала много времени. Под утро уже даже мне хотелось, чтоб все это быстрее закончилось.
Но все только начиналось.
За грохотом залпов пропустил начало штурма вала. Только взлетевшая ракета, хорошо видимая в тени зарождающегося дня, дала понять — наши уже не валу. Пальба линкоров стихала, и стали слышны частые выстрелы и взрывы уже в глубине крепости.
Башни канонерок водили стволами, ожидая красной ракеты, означающей очаг сопротивления. В рассветных сумерках вся верхняя палуба канонерок покрылась темными тенями глазеющих матросов — все ждали результатов нашей авантюры.
Сгрыз ногти до мяса. Совсем плохо с нервами стало. Надо срочно заниматься рациями — хуже нет, чем ждать важных известий.
Рассвело. Внутри крепости не стихал бой, редко бухали пушки свеев и, гораздо чаще — наши пушки. Разрывы мин стали реже.
Встряхнулся. Чего сидим? Кого ждем? Раздал приказы — начать силами матросов выгрузку на берег дополнительного комплекта боеприпасов. Упаковывать в тюки для переноски одним человеком. Носильщикам быть готовыми к выдвижению, как только придут вести от штурмовиков. На берегу вновь начал образовываться людской муравейник, на этот раз не скрытый пологом ночи. Очень вкусная наживка. Но рыбка так и не клюнула — вылазки защитников крепости не последовало. Напрасно Гонец выцеливал подступы к припасам башнями правого борта. Вместо вылазки на берег буквально примчалось капральство полка корпуса. Одна лодка отчалила от берега к Духу, а черная масса бушлатов носильщиков, расцвеченная серой парусиной тюков и деревянным блеском ящиков — потянулась внутрь крепости. Теперь надо подготовить прием раненных, которых должны вынести носильщики.
Да, это расточительство, создать опасность потерять обученных матросов. Но у нас есть только один шанс взять город — давить не переставая, вышибая у противника даже мысль об организованном отпоре, пользуясь замешательством и бессонной ночью свеев. На вторую такую артподготовку у нас просто нет сил. Или берем город сегодня, или уходим.