Уверен — Петр начал воевать, как привык. Окопался, пушки рядком поставил, и приступил к многодневному процессу пережигания пороха. Могу себе даже представить, что он сказал полковникам корпуса, когда они сунулись к нему с предложением немедленного штурма.
Сколько надо дней государю, чтоб пальба пушек ему надоела? Неделя? Две? Думаю, дней 5–7 — не любит он без движения сидеть. Вот как ему надоест, позовет он полковников и спросит — «…так что вы там про штурм рекли?». И с этого момента можно отсчитывать день или два до взятия крепости. Виват государю.
Вопрос только — когда именно произойдет сие знаменательное событие.
Смешно. Такой букет проблем, а все сходиться к одному — нельзя канонеркам пока к «Орешку». И говорить об этих соображениях никому нельзя. Не поймут.
Из этих мыслей вытекали две проблемы — как задержаться подольше и как придти вовремя, то есть, по окончанию штурма.
Задержимся легко — будем промерять пороги хоть до второго пришествия. Как адмирал — не имею права рисковать кораблями стоимостью в десятки тысяч рублей. А вдруг посреди порога камень? Чтоб его найти надо через каждый метр порог промерить! Железное алиби.
Вот с приходом вовремя — есть сложности. От порогов до истока Невы около 25 километров, звуков штурма не слышно. Хочешь или нет, надо посылать разведку. А разведка донесет государю, что мы на подходе, и он может отложить штурм. Куда не кинь — всюду клин. Оставалось убеждать себя, что и этого слона можно съесть по кусочкам.
Для начала — парковый день. Команды канонерок, стоящих на якорях, забили дровами опустевшие угольные ящики камбуза, прибрались и простирнулись. Канонерки выглядели внушительно — с сохнущей одеждой, развешенной, где только можно, вплоть до стволов орудий. На берег высаживались штурмовики, продвигаясь капральствами по натоптанным дорогам вдоль порога. Оживленно тут, просто сейчас народ попрятался. Следующие дни будем старательно булькать со шлюпок утяжеленный лот в бурную воду, используя старинную рыбацкую снасть — «кораблик». Кстати, лов корабликом — изобретение седой древности. Ничего не зная про аэро и гидродинамику, предки заметили — если кол привязать не одной веревкой а двумя, за оба конца, и пустить кол немножко боком к течению — кол будет относить от берега на середину реки, а потом может и на другой берег. Так и ловили, не имея спиннингов, используя «кораблики», чтоб далеко забрасывать. В нашей версии — в роли кола будет шлюпка с промерщиками. А рыбаками станет десяток моряков.
На следующий день пришли доклады от капральств. Периметр установлен, деревня бурлаков блокирована, неожиданностей не ожидается. Начинался многодневный труд по составлению лоции невских порогов. Избыточный … но такой необходимый.
Бездельничал целыми днями, составлял планы торжественных парадов и приема государя. Разбавлял бравурность расчетами — как может ответить Карл. Скучновато — ждать у моря погоды. Да и погода совсем не радовала. Холодало. Редкий день, когда солнышко показывалось среди серых туч, прекращая затяжную поливку кораблей пресной водой.
Запал от взятия городов улегся. Настал срок начать планировать — как жить дальше.
Время тянулось обожравшейся гусеницей, нехотя сменяя день ночью. На меня начали косо поглядывать, но тщательный промер порогов продолжался.
Есть у китайцев поговорка — если терпеливо ждать, сидя на берегу реки, то рано или поздно, мимо, по течению, проплывут трупы твоих врагов. Очень житейское наблюдение. Примерно эту истину, в сокращенном варианте, прокричал наблюдатель на марсе к концу четвертого дня ожидания. Плыли трупы и обломки. Много. Середина октября. Дождались.
Отдал команду экстренно собирать всех на борт. Выступаем. Что не успели промерить — возложим на совесть всевышнего. Хотя, черновым промером вдоль всего порога в первые же два дня установил — пройдем. Остальные уточнения были нужны… для другого.
К утру все были на борту. Канонерки дрожали от выходящих на рабочий режим машин, а их экипажи от нетерпения. Застоялись.
Откатившись немного назад по течению, корабли начали разгон, гоня перед носом буруны в узкость Невы. Форсаж! Нервы напряжены и щелкают, как жаровые трубы. Вот настоящее испытание боевому ходу корабля. Встретились два исконных врага — огонь и вода. Не мешал капитанам выигрывать эту схватку, старался себя отвлечь посторонними раздумьями.
Хорошо бы тут плотину поставить и шлюз. Перепад высот, правда, маленький — зато расход воды бешенный, да и судоходству полегче будет, без этой стремнины. Но это пока так, даже не мысли, а нервное желание хоть что-то делать, в ожидании звонкого удара форштевнем по камню.