3 Магницкий Михаил Леонтьевич (1778—1855)—деятель эпохи Александра I. Окончил Московский университет, служил в гвардии. Преданный сторонник М. М. Сперанского, после падения которого сослан в Вологду, но снискал милость гр. Аракчеева и кн. А. Н. Голицына и был назначен вице-губернатором в Воронеж, затем губернатором в Симбирск. Член Главного Правления Училищ (1819). Крайний представитель реакционных реформ народного просвещения. С 1826 г., после выявления крупной растраты, в отставке. В 1832—1833 гг. руководил' журналом «Радуга», защищал благо татарского ига, спасшего, по его мнению, Россию от Европы.
4 Балашов Александр Дмитриевич (1770—1837)—государственный деятель. Губернатор Ревеля (1800), обер-полицмейстер Москвы (1804) и С.-Петербурга (1808). Министр полиции (1811—1819). Член Государственного и Военного советов. В 1820—1825 гг. одновременно генерал-губернатор Рязанской, Тульской, Орловской, Воронежской и Тамбовской губерний. С 1828 г. в отставке по болезни.
5 Вязмитинов Сергей Кузьмич (1744—1819)—граф. Государственный деятель. Могнлевский губернатор (1790), сенатор (1794). Министр военно-сухопутных сил (1802—1808). Министр полиции (1812—1819), петербургский генерал- губернатор (1816).
6 Руновский Андрей Максимович (1761—1813) —действительный тайный советник. Нижегородский губернатор (с 1803).
7 Сперанская Елизавета Андреевна (ок. 1778—1799)—урожденная Элизабет Стивене. Жена М. М. Сперанского (с 1798).
8 Дочь — Елизавета Михайловна Фролова-Багреева (1799—1857), урожденная Сперанская.
9 Стивене, Элизабет (Елизавета Андреевна) (?—1816)—урожденная План- та. Теща гр. М. М. Сперанского. Служила гувернанткой в семье гр. А. П. Шувалова.
10 Магницкая — жена М. JI. Магницкого. Других сведений об этом лице не найдено.
11 Парфия эпохи римлян — Парфянское царство к югу от Каспийского моря: в III в. до н. э. распространялось от Месопотамии до границ Индии. В начале I в. до н. э. в результате столкновения с Римом начались внутренние смуты и резкий упадок, закончившийся распадом государства в III в. н. э.
12 Договор с Австрией — подписан в Париже 14 марта 1812 г. между Францией и Австрией и обязывал последнюю выставить в помощь Наполеону 30 000 солдат.
13 Бек Христиан Христианович — других сведений об этом лице не найдено.
132. КАВАЛЕРУ де РОССИ
27 АПРЕЛЯ (9 МАЯ) 1812 г.
<. .) Адмирал Чичагов, возвращенный в Совет и причисленный к особе Императора со всеми воинскими почестями, некоторое время назад имел чрезвычайно трогательную аудиенцию у своего повелителя. Император сказал ему: «Я знаю, что вы говорили обо мне, но приписываю все доброму побуждению». И вот, г-н Кавалер, в один прекрасный день адмирал назначается полномочным представителем на приостановленных пока мирных переговорах с турками. Назначение сие держали в величайшей тайне. Однако стало известно, что у адмирала была страшная ссора с канцлером, во время которой он произнес слово измена. Канцлер не передал адмиралу каких-то бумаг, а поскольку сей последний выехал отсюда первым, направил он Кутузову из Вильны новые инструкции и нарочитое предупреждение, в коем говорилось, что «ежели не подпишет он незамедлительно мира, сие будет сразу же сделано адмиралом Чичаговым, который следует по пятам за курьером». <. .) А знаете ли, г-н Кавалер, как развлекается генерал Кутузов вместо того, чтобы вести переговоры о мире? Он околдован некоей валашкой и проводит с нею дни и ночи, ее же открьрго почитают состоящей на содержании у Порты. Ему семьдесят лет, и от простреленного виска он потерял один глаз, что сделало его очаровательнейшим мужчиною. — Мне представляется невероятным, чтобы дело сие осталось без последствий. Ведь адмирал способен в присутствии Императора трактовать самого канцлера как лакея и, быть может, даже свалить его. Надобно знать этого человека. <...)
P. S. Я намереваюсь завтра ночью по поручению Императора выехать в Полоцк.
133. КОРОЛЮ ВИКТОРУ ЭММАНУИЛУ I
ПОЛОЦК, 27 МАЯ (8 ИЮНЯ) 1812 г.
<...) Пока еще я не имел случая заняться чем-либо интересным, а время пребывания моего в сем месте остается мне совершенно неизвестным. Я полагал, основываясь на самых, по всей видимости, достоверных сообщениях, что женщины мои смогут беспрепятственно выехать из Франции. Однако это было заблуждением. Жена моя не могла не только получить, но даже не решилась просить в Турине о паспорте, поелику имела пример отказа при вполне схожих обстоятельствах. Первое письмо от нее повергло меня в уныние, ибо лишало почти всякой надежды. Во втором она сообщает, что написала в Париж и нет оснований совсем отчаиваться. Я же весьма опасаюсь преследующей меня судьбы, и мне кажется, что все это было лишь прекрасным сном. Если не останется никакой надежды, то я могу вообразить лишь одну равную сему беду: ехать к семейству моему туда, где оно теперь находится; однако даже избегнув сего несчастия, что зависит только от меня самого, я отнюдь не перестану быть несчастнейшим в свете человеком, видя себя умершим для детей своих задолго до того, как меня похоронят. <...)