...Последнюю строку Милодора приписала от себя, вложила листик в конверт и позвонила в колокольчик. На звон явилась Марта.
Милодора удивленно взглянула на нее:
А где Устиша?
Марта взволнованно откашлялась:
Кажется, делает приборку у господина Карнизова...
Хорошо, — Милодора подвинула горничной конверт. — Отнесешь это к господину Романову.
Будет сделано, госпожа, — бледными пальчиками Марта взяла конверт.
Милодора улыбнулась:
И не в руки давай, а под дверь — будто весточку принес сквозняк... Знаешь, как это делается?
Знаю, госпожа, — Марта сделала книксен и серым воробышком упорхнула за дверь.
С некоторых пор Аполлон работал над «Идеями о природе».
Один из принципов, заложенных в этот труд, гласил, что природа любит движение и всякому прямолинейному движению предпочитает закручивание (термин Аполлона Романова); и всякое движение, воспринимаемое нами как прямолинейное, на самом деле тоже суть закручивание — вопрос в том, с какого расстояния на это движение смотреть. Примеров закручиванию — сколько угодно... Так: закручивается человеческий эмбрион; тому свидетельство — направление роста волос (закручивается нежный шелковистый пушок на щечках барышень, закручиваются вихры на затылках рекрутов — непослушные вихры, и образуются маковки), закрученная ушная раковина, закрученный кишечник (что Аполлон мог видеть на листах Холстицкого к анатомическому атласу Василия Федотова), закрученные круги кровообращения (о чем писал еще британец Гарвей в 1628 году в книге под названием «Анатомическое исследование о движении сердца и крови у животных»)... Аполлон имел дерзновение полагать, что человеческий эмбрион растет и крепнет именно в процессе закручивания... И другие примеры повсюду: ветры, смерчи, воронки в воде. Также коконы насекомых. Астрономы говорят, что и небеса закручены. И течения в океанах — очевидный пример. И сама Земля крутится... Вращаются солнца и планеты... В мире все замешано. И замешан мозг — его извилины... И вот важная идея: будущее человеческой цивилизации — в закручивании. Закручивается пространство, закручивается и время. Возможно, прошлое соседствует с будущим, а настоящее — лишь тоненькая прослойка между ними...
В дверь постучали. Аполлон отложил перо.
Это пришла Устиша с уборкой. Аполлон вздохнул — эти уборки... они всегда не вовремя.
Работайте, работайте... Я тихонько, я не помешаю... — девушка громыхнула ведром.
Да уж можешь шуметь, — разрешил Аполлон. — Я знаю, что тебе трудно без разговору. У тебя природа такая... закрученная... — он откинулся на спинку стула и улыбнулся своим мыслям. — Если хочешь, я налью тебе чаю. Или кофе...
При этих его словах Устиша скривилась, и Аполлону показалась странной такая ее реакция.
Девушка не сказала ни «да», ни «нет». С минуту молча протирала пол в углу. Но молчать долго, видимо, было выше ее сил. И Устиша проронила:
Между прочим, об вас только что спрашивали.
Спрашивали? Кто? — Аполлон задумчивым взглядом блуждал по листкам рукописи.
Господин Карнизов интересовался...
Аполлон слегка нахмурился:
Было бы странно, если б господин Карнизов не интересовался мною или кем-либо в этом доме. Он от этого интереса живет, насколько я знаю.
Он и госпожой Милодорой интересовался. И в каких вы состоите отношениях...
Аполлон покачал головой и промолчал. Что тут было сказать! Показывать пальцем на недостойного и говорить, что недостоин, — так ли уж это умно?