...И сейчас этот человек тяжело посмотрел на Карнизова.
Когда Аполлон собрался уж дать поручику пощечину, Милодора это поняла. Милодора устремила к Аполлону умоляющий взгляд. Меньше всего ей был нужен сейчас скандал — она ведь и без того пользовалась дурной, хотя и незаслуженной, славой в свете. А если сейчас Аполлон должным образом ответит на оскорбление и даст наглецу звонкую пощечину, и этим устроит новый спектакль (на сей раз с русской труппой, играющей хорошо) для публики, спешащей обратиться к Милодоре спиной, то уже в ближайшие дни Милодору в кулуарах с грязью смешают, и образ ее не обелит ни вельможный граф Н., ни сам государь.
Аполлон понял взгляд Милодоры и опустил руку, которая было поднялась.
Подхватив Милодору под локоть, Аполлон увлек ее в сторону, а поворачиваясь, как бы невзначай, задел плечом Карнизова — да так сильно, что тот пошатнулся.
У Карнизова побледнели губы.
Ты еще пожалеешь!.. — прошипел он в спину Аполлону.
Но Аполлон не оглянулся: он не слышал Карнизова — примерно так, как тот минуту назад его не видел.
На следующий день рано поутру (а Милодора предпочитала работать утром, на свежую голову) после краткого решительного стука в кабинет вошел поручик Карнизов. Он был, как всегда, свеж, чисто выбрит и гладко причесан, имел опрятный бодрый вид, и сапоги его сверкали.
После вчерашнего происшествия в опере Милодора не ожидала увидеть поручика у себя в кабинете. Брови у нее удивленно поднялись.
Да, да... Это я, сударыня, — начал Карнизов несколько натянутым голосом. — И спешу к вам с извинениями. Глупо все как-то получилось. Сам не пойму, что на меня нашло... Утратил выдержку, когда увидел вас с этим...
Не будем продолжать, — перебила Милодора, голос у нее был прохладный. — Ваши извинения приняты. Тем более, что ничего дурного вчера не произошло. И слава Богу!
Вы ведь слышали, как я сказал... — поручик был намерен довести дело до конца.
Слова иногда бывают слишком легковесными, чтобы еще обращать на них внимание. Они отзвучат и больше не возвращаются... Будем считать, что эти необдуманные слова канули в Лету. Или в Неву, если хотите...
Милодора слегка заволновалась при появлении Карнизова, и краска бросилась ей в лицо. К человеку этому она и раньше чувствовала некую неприязнь, а после вчерашней встречи в театре неприязнь эта только усилилась. И ничего с ней Милодора поделать не могла, впрочем, и не желала.
Тема разговора как будто была исчерпана, но господин Карнизов не спешил уходить, и Милодора вынуждена была отложить перо.
Поручик, поскрипывая сапогами, прошелся по кабинету туда-сюда.
Милодора следила за ним глазами.
Вы что-то еще хотели?