«Тоже не айс! Дешевка выходит. А я делаю настоящее руководство по выживанию. Ладно, успею, времени валом. Лучше поберечь аккумулятор. И фонарик включать не стану. Поставлю мобильник в режим экономии. И так неделю без зарядки вряд ли протянет. На съемку хватило бы» — здраво рассудил Кузиков.
Петька сунул телефон в куртку и осмотрелся. Удивительно: вблизи лес выглядел не так пугающе, как из окна. И даже теплый ветерок из мрака дунул. Это ободрило. Он заподозрил, что путешественники нарочно преувеличивают опасности, дабы собрать побольше лайков и подписок.
— Подумаешь! — усмехнулся Кузиков. — Может, и две недели продержусь. Еще круче выйдет. Хотя нет, — вздохнул он. — Родителей надо проучить — это факт. Но все-таки жалко их. За две недели они меня похоронят заочно.
Петька миновал березки и двинулся в лес. Низенькая трава цеплялась за кроссовки. Он останавливался и вытягивал из шнурков длинные шершавые стебли. Темноты как будто поубавилось. Уже ясно различались колючие лапы елей и тонкие стволы молодого сосняка. На траве появились крохотные синие цветочки. Впереди они сливались в узкую полосу, и Кузиков направился туда. Приятный ветерок продолжал веять из лесной глубины. Петька прибавил шагу, стараясь не сходить с цветочной дорожки, огибающей высокие деревья и ведущей навстречу теплу.
— Вот оно как на самом деле! — он снял капюшон и расстегнул куртку. — Наверное, в лесах всегда так. Снаружи кажется страшно, а зайдешь — все изи. Делов-то — лежи возле костра да ягоды трескай!
Кузиков остановился и помрачнел.
— Если там так легко, про что фильм снимать? Цветочки с ягодками да костерок показывать? Душняк! Зрители должны каждую минуту переживать за меня. А чего переживать, раз никаких трудностей! Может, хоть медведя или волка увижу? Зайду-ка в самые дремучие места.
Он зашагал дальше.
— И почему в жизни многое шиворот-навыворот? — продолжал размышлять вслух Петька. — Трудное на деле оказывается простым, а простое фиг сделаешь. Вот взять Вована из седьмого «Б». Хвастал, что в контейнер с мусором кинет армейскую дымовую шашку и его не спалят. А на заднем дворе камеры, из окон учительской видно. Фиг вообще подберешься незамеченным к этой мусорке. А Вован сделал. Ну вот как?! Откуда он мог знать, что камеры в тот день не работали? И почему никто его не запалил? А дыму навалило! И домой всех отпустили. Молодец Вован! А я в прошлую среду просто хотел последнюю петарду поджечь. И газон был пустой, и по тротуару никто не шел. Из какой пещеры этого старпера вынесло! Целый квартал бежал за мной…ой!.. ой!.. Мама! А-а-а!
Петька кубарем полетел в овраг. За мыслями вслух он не заметил, как низенький ползунок с синими цветочками превратился в густые змеевидные растения, которые предательски закрыли обрывистый склон.
Падающего Кузикова перевернуло, стукнуло о землю и снова перевернуло. Напоследок он хряснулся лбом обо что-то довольно твердое и рухнул в траву. В глазах вспыхнуло, да так ярко, что ночь обернулась днем. Петька лежал на спине, видя сосны, уходящие зелеными верхушками к голубому небу. В голове крутилась единственная мысль: «Я умер!».
Однако дальше ничего страшного не происходило, и Кузиков осторожно поднялся. Ему здорово повезло бухнуться в густую траву. И само падение никакого вреда не причинило. Только голова побаливала. Петька потер лоб и осмотрелся. Вокруг стоял тот же лес. Тихо щебетали птицы. Сквозь макушки высоких елей пробивалось солнце. Было тепло.
— Мне ясно! — сказал Кузиков. — На самом деле я пролежал без сознания всю ночь. А сейчас сколько?
Петька сунул руку в куртку, нащупал телефон и понял: фильму конец. Он вытащил мобильник. Экран глубоко треснул, а на задней крышке зияла дырка.
Кузиков застонал: родители ни за что не купят новый! Особенно после всего случившегося за последние сутки.
— Двойка, пиво, котлеты. А главное — этот дебильный ночной поход, — подытожил Петька. — Они с милицией меня искать уже должны. Сто процентов Крутько подключили. Он же участковый. Да-а… Такого фейла у меня еще не было. Если бы я верно у доски вчера ответил, ничего бы не случилось. Ну признаю! Не выучил. Мой косяк. Отец, конечно, тоже хорош. Но какого черта я в лес побежал! Как пацан семилетний!
Кузиков запихал телефон обратно в карман, вытер ладони о брюки и поплелся к склону, с которого свалился. Оглядел подъем. Вскарабкаться труда не составляло: там торчала куча мелких корней и большая коряга. Видимо, о нее он и приложился лбом.
Петька аккуратно полез вверх и через пару минут стоял в зарослях змеевидной травы. Дорожка из синих цветов была рядом. Кузиков пошел по ней, ломая голову, какое объяснение придумать для родителей. Вариантов набиралось ой как не много. Он предчувствовал ужасную взбучку. Хотя в душе оставалась надежда, что папа и мама на радостях простят его.