– Посмотрите. Это айфон Лопатиной.
Болотов глазам не верил, но эсэмэска получена от НЕГО, а он НЕ посылал! Значит, кто-то другой отправил? Конечно же, это так просто: кто-то взял… А кто? На даче был ограниченный круг. У Валерия Витальевича зашевелились волосы: неужели убийство – дело рук кого-то из близких? Нет, невозможно.
– Это называется – улика, господин Болотов, – сказал Комиссаров, в данном случае с ним не поспоришь. – Именно в это время, обозначенное в сообщении, была убита Лопатина. Уже сейчас я имею полное право задержать вас, но пока ограничимся подпиской. Всем придется подписать, поскольку не только у вас имеются мотивы и улики. Подписывайте, подписывайте.
Он положил свою маленькую ладонь на лист, который должен был подписать Болотов, и передвинул его на противоположный край стола. Сегодня они видели другого Комиссарова – добрейшего и простецкого мужичка, а не вчерашнего хитрейшего хамелеона. Он не подгонял Болотова, словно понимал, как трудно тому в эту минуту, а вчера тривиально сдал Валерия Витальевича всему семейству – добряк так не поступил бы.
– Теперь вы… – обратился следователь к Надежде Алексеевне, когда муж, подписав, сел на место. Та привстала, взяла авторучку, но Комиссаров вдруг вспомнил: – Не могли бы вы дать мне ваш мобильник?
– Мой? – потерялась она. – А… зачем?
– Сейчас узнаете. Всего на минутку.
Надежда Алексеевна сняла ремешок сумочки со спинки стула, копалась в ней долго, вероятно, надеялась, что странную просьбу странноватый следователь отменит. Как бы не так! Он буквально выхватил айфон из рук Болотовой и что-то там искал… Нашел! Вскинул на нее два черных глаза, а она, подписав, все еще стояла у стола, и улыбнулся, повернув к ней дисплей:
– Ну вот… Вот вы и попались, Надежда Алексеевна. Не так давно вы фотографировали Лопатину и этого молодого человека…
– Я? Не помню, – сухо сказала она. – Должно быть, кто-то взял мой айфон и сфотографировал…
– Да бросьте. Старушки вас узнали.
– Меня? Когда? Как?
Выдержке ее можно позавидовать, родной муж и завидовал, признав про себя, что он сегодня показал себя слабаком.
– На следующий день после того, как был обнаружен труп, они рассказали оперативникам о странной женщине, которая сначала сидела в беседке, а потом тайком снимала парочку, вышедшую из подъезда. Эта женщина расспрашивала о Лопатиной, но так… как бы интересуясь ею случайно. Хе-хе, уважаемая, вы думали, что встретили старых дур, которых легко провести? Всеобщее заблуждение, а старость не значит тупость. Так вот. Потом мы привезли вашу фотографию и… Догадываетесь? Вас опознали обе старушки. У вас очень яркая, запоминающаяся внешность. Ба! Сколько тут снимков… Господин Болотов, не желаете взглянуть?
Валерий Витальевич пожелал взглянуть, к нему склонился и Богдан Петрович, разглядывая фото девушки с очень симпатичным молодым человеком.
– Кстати, а кто этот парень? – поинтересовался Комиссаров.
Хотя пространство кабинета не позволяло принимать желаемые позы, Надежда Алексеевна умудрилась сесть к этому времени вполуоборот к следователю и спиной к мужу. Всем своим видом она показывала, что ей противны все присутствующие, но ее вынуждают находиться в этой отвратительной компашке. Поскольку никто не ответил, она бросила Льву Демидовичу не без сарказма:
– Вы должны знать. От старушек.
– К сожалению, они высказали одни предположения, – вздохнул Комиссаров. Но как вздохнул: будто он в курсе, кто есть кто, а подписи берет для проформы. – Бабушки подозревают, что молодой человек ее второй… м… друг. А свечку-то никто не держал. Парень взял у них наши номера телефонов, однако до сих пор не звонит. Пойдем дальше? Марьяна Валерьевна…
Она выпрямилась, отбросив рукой тонкие кудряшки назад, и приготовилась дать отпор. Марьяна такая. Богдан Петрович испугался, что сейчас глупышка начнет права качать, она умеет. А его мнение, которое он при следователе не рискнет высказать, – нужно выслушать все компроматы, потом тщательно проанализировать и думать, что делать. Ясно же, Комиссаров на всех завел досье, теперь вытягивает жилы, надеясь, что кто-то сорвется.
– Но вы-то, Марьяна Валерьевна, – сказал Лев Демидович, – знаете, почему вам нужно подписать?
Она не выдержала и перебила:
– Нет, конечно.
– А я думал, юристы на пять шагов вперед просчитывают. Вы же прилюдный скандал устроили бывшей подруге, верно?
– Ах, вон вы про что…
Да, было дело…
Марьяна понятия не имела, что отец с бывшей подружкой крутит роман. Глаза ей открыл вечный спутник Кирилл, переживший толпы ее поклонников, которых она отфутболивала. Поэтому-то и обидно было слышать от родной матери, что все бросают Марьяну, Кирюша не бросит, он выжидает, когда никого не останется рядом с ней. Скорей всего, Марьяна вступит с ним в союз по расчету, как-то иначе назвать это нельзя, но зато честно. Значит, такова ее судьба. Однажды сидели они в кафешке на открытой площадке, пили кофе перед походом в театр. Мимо проехала иномарка, а Кирилл подпрыгнул на стуле, одновременно толкнул ее, Марьяна пролила кофе.