После института Гектор уехал к себе на родину, они не виделись пару лет точно. Между ними ничего не было, но дружеские отношения в студенчестве оставили друг о друге хорошую память. Он тоже был рад видеть ее, потому присел за столик, хотя пришел не один, а с компанией.
– Я приехал на свадьбу к другу, вот зашли пообщаться.
– Как дела? Чем занимаешься? Где? – засыпала его вопросами Марьяна.
– Пашу́, конечно! На госслужбе. Слежу за соблюдением законности, когда чиновники стряпают местные подзаконные акты. Я очень строгий, потому что начальник…
– А у меня фирма. Юридическая. Но папа все еще пытается руководить мною, забыв, что я уже взрослая девочка.
Пришел Кирилл, Марьяна поспешила напомнить Геку, который пристально, даже оценивающе уставился на ее спутника:
– Это Кирилл, не помнишь? Он учился в институте экономики, управления и права, а к нам забегал на вечера и мероприятия.
– Нет, не помню… Извините, меня зовут. Марьяша, проводи меня, хоть перекинемся новостями.
– С удовольствием.
Марьяна и Гектор медленно шли во второй зал, вспоминая самые яркие эпизоды, точнее, он напомнил про один, она подхватила:
– Да, было! Вам с Коленькой набили лица, а вы очень гордились синяками и безбожно хвастались…
– Марьяна, – вдруг посерьезнел он. – Ты хорошо знакома с Кириллом?
– Сто лет знаю его.
– Он не предлагал твоей фирме влиться в концерн или монополию?
– Что-то не так? – насторожилась она.
– Видишь ли, все как будто так, но…
– Но?
– Он был у нас, две фирмы уболтал вступить под патронат какой-то престижной шапки. Вступительный взнос внесли – приличные бабки, скажу тебе, юристов посылали на стажировку, тоже нехилые деньги отдали, но каждый юрист платил за себя в добровольно-принудительном порядке.
– Так что незаконно?
– В том-то и дело – не подкопаешься. Обещали горы бабла, консультации бесплатные по сложным делам, даже дела за бугром и составляли списки тех, кто владеет иностранными языками, но! Как привалило серьезное дело с уголовкой да с богатыми клиентами, два консультанта прилетели, провели все заседания, забрали гонорар и были таковы. До наших дошло, что они лохи, что идет легальный отъем дел, стало быть, и денег. Смешно, правда?
– Да, круто попались. – Марьяне не было смешно. – И это юристы!
– Понимаешь, дело в доверии. Что тебя, юриста, надует юридическая же контора – это невероятно. Так ведь и договоры составлены на пять баллов.
– Не пойму, а что Кирилл?
– Как – что! У него процентная ставка, дело его – уболтать вступить в юридическую секту, а секта тем и отличается, что главари выбивают бабки из дураков. Видишь, Марьяша, все законно, мы никого не смогли привлечь. Мошенничество? Где, в чем? Имя на баннерах чье? Центральной фирмы. Забрали дело? Сами отдали, потому что не справились, электронные письма тому подтверждение. И так во всем. Короче, свои своих наказывают за доверчивость. Ладно, я побежал, а то ребята сердятся. Папе привет передай.
То, что она обалдела, и говорить не стоит, к сегодняшней подписке о невыезде не хватало только этого позорного открытия. Получается, потенциальный жених, на которого уже благосклонно поглядывала царевна Марьяна, решил заработать на невесте. Ой, как мило. А как смешно… аж рыдать хочется.
– И папа искренне удивляется, что я не выхожу за этих козлов замуж! – ворчала Марьяна, идя к столику. Выпив рюмку, потребовала: – Еще.
– Не многовато ли будет?
– Я трезвая, как никогда. Честно. Принеси еще, а? Если тебя давит жаба, я могу дать денег.
Разве Кирилл признается, что жаба обняла его всеми четырьмя лапами? Он отправился за выпивкой, а она, выждав, когда Кирюша скроется, взяла сумочку и ушла из бара. Отойдя на приличное расстояние, по телефону вызвала такси и через шесть минут ехала к даче, где никого из родных, по идее, не должно было быть. Кроме бабушки в состоянии растения и ее сиделки. Родители наверняка предпринимают меры, чтобы снять с семьи позорное клеймо подозреваемых, значит, находятся дома. Пожалуй, впервые в жизни она задумалась, что собой представляет, кто с ней рядом и чего на самом деле она хочет. Главное, Марьяна не знала ответа ни на один из этих вопросов, ни на один. А думать хорошо там, где никто не помешает.
10
Пока все спали…
Звонок разбудил Болотова ни свет ни заря. Он не вставал с постели, решив так: позвонят и перестанут. Вчера приехал домой поздно и сразу завалился спать. Сати скрасила ужасный день, сначала они гуляли в парке – в том самом, где нашли полумертвую тещу, много говорили. С этой удивительной женщиной можно и молчать часами, как было в «Трактире». Одно ее присутствие успокаивает, как таблетка, умиротворяет, настраивает на позитив, хотя Сати ничего для этого не делает. Просто она есть, и этого достаточно. Валерий Витальевич собирался сказать Константину, что если сын упустит ее, будет полным кретином. Да, так и скажет: мол, не будь амебой, тебе нужна Сати, чтоб ты тянулся за ней, рос, преодолевая свою никчемность, а не стоял на месте, словно камень, который мхом обрастает.