– Почему ты молчишь? – хозяйка уже несколько минут пристально смотрела на рабыню, не обращавшую на неё внимания.
– Простите, госпожа! – Нирая открыла книгу и продолжила чтение.
*****
Выпив вина, Арагон на какое-то время забыл о девушке, да и разговор с другом шёл совсем на другие темы.
– Я подал заявку в Легион. – Ликург выжидательно посмотрел на друга, медленно проворачивая в руках полупустой фужер.
– Но зачем тебе это нужно? – напрягся Арагон. – Верхушка нашего мира не обязана никому служить.
– Ты же знаешь, что после смерти отца мы балансируем на грани и нас вот-вот выкинут за пределы стены. А Легион — это деньги и власть, возможность сохранить привычную жизнь для матери и сестёр.
Арагон вздохнул, друга он понимал прекрасно, но расставаться с ним ему не хотелось и помочь, к сожалению, он не мог, сам пока полностью не встал на ноги, только начал учиться жить без денег родителей. Мысль: «Почему у семьи друга не оказалось средств?», – не пришла ему в голову.
– Попроси у моего отца, они же тоже были друзьями.
– Уже попросил, но разовая помощь не вариант, да и твой отец не обязан содержать ещё и нашу семью. Хотя помочь он и не отказывается, но мой план одобрил. К тому же я не собираюсь лезть в самое пекло, в Легионе полно вполне мирных дел.
Испытующий взгляд Арагона заставил мужчину продолжить:
– Я не боюсь участвовать в войнах, но чем дольше я жив, тем больше вероятность того, что мою семью не изгонят из «рая».*
– На твоём месте я поступил бы также, – Арагон похлопал друга по плечу, ничуть не сомневаясь в своих словах. Семья – это основа.
– Спасибо! – Поддержка друга была очень нужна молодому человеку. Но он так и не решился рассказать ему о своих подозрениях: отец умер не своей смертью. Они появились, когда разбираясь с делами покойного, Ликург заметил пропажу очень крупной суммы денег, из-за чего их семья и оказалась в бедственном положении. Бесследно исчезло более восьмидесяти процентов всего их состояния. Желание во всём разобраться стало второй причиной, по которой мужчина хотел попасть в эвию,* которой командовал отец, но и об этом Арагону лучше было не знать, ведь это могло обернуться бедой не только для друга, но и для членов его семьи.
– Когда ты уезжаешь?
– Рассмотрение заявки длится около недели, два дня уже прошло. В случае положительного ответа я получу извещение: когда и куда мне нужно будет явиться.
– С меня отвальная! – с улыбкой предложил Арагон, не допускавший и мысли, что другу откажут, он же не бедняк и родился в центре столицы.
– Договорились! – не стал спорить Ликург, зная характер друга.
Друзья пожали руки и разговор перетёк в обычное русло: кони, скачки, новая техника, женщины, занимавшие явно последнее место в интересах мужчин в данную минуту. Но стоило лишь дойти и до них, перед глазами Арагона тут же появилось лицо Нираи и он почувствовал как ускоряется кровь в его венах, заставляя сердце учащённо биться. «Нужно сменить тему.» — застучало в висках. Арагону не хотелось думать о рабыне, но мысли о ней то и дело всплывали в его голове.
*Смотрины – слово не знакомо эверонцам, как и обряд, существовавший у славян. Использовано автором, как наиболее точный смысловой перевод слов Арагона с ифертинского.
*Рай — на Эвероне совсем нет богов и слово "рай" не имеет своего первоначального значения. Под ним подразумевается центральная часть столицы. Это хорошо защищённое место, где проживает элита Ифертина. Если в течение года семья лишившаяся состояния не восстановит своего положения, то она будет изгнана за пределы стены.
*Эвия – армейское подразделение Легиона численностью сто тысяч человек.
Глава 7
Утром Нирая встала рано, привела себя в порядок и, позавтракав, пошла искать госпожу, помня о приказании. Раб-охранник открыл ей дверь, пропуская внутрь помещения. Софире уже не спала, но продолжала нежиться в кровати, около которой в ожидании на коленях стояли три рабыни. Нирая подошла и опустилась рядом с ними.
– Что ты творишь? – удивилась хозяйка. – Разве ты не знаешь обязанности компаньонки?