Целовал, когда мир уходил из под ног.
Целовал, когда чувствовал боль от распирающего желания.
Целовал, когда казалось, что тело взорвётся.
Целовал, когда из груди вырвался полустон-полурык.
Но он и сейчас не был готов её отпустить. И... отпустил, не зная, как это сделал, словно телом управлял кто-то чужой.
Отошёл на шаг, второй, третий, развернулся и быстро, почти бегом, поднялся в свою комнату, дав разрядку себе лишь в купальне, погрузившись в корыто* с тёплой водой. Откинулся на бортик, прокручивая произошедшее. Неужели это действие алкоголя? Рабыня безусловно красива, но разве ему мало девушек из своего круга? Арагон не понимал сам себя, а в следующую минуту уже представлял, как раздевает девушку, укладывает на кровать и… Тело отозвалось снова, сжав зубы и плоть в руке, он повторил движения, доводя себя до предела, представляя, что это делает она. Ночью он долго не мог уснуть, пока не решил для себя, что обязательно осуществит задуманное, и не важно, что её фактическая хозяйка его сестра. Может так он избавиться от этого наваждения и чар этой рабыни.
Нирая замерев, не могла пошевелиться, почти не дыша, провожала хозяина глазами, не в силах оторвать взгляд от его фигуры. Сколько она так простояла, потеряв счёт времени, не имея возможности вырваться из лап сладкого дурмана? Внутренности сжались, скрутились тугой спиралью, девушка ахнула и словно очнулась, недоверчиво дотронувшись до своих припухших губ, проведя по ним пальцами. Словно до сих пор не веря, что это не сон. Сердце бешено застучало в груди, между ног было влажно, это новое осознание напугало девушку, она прикоснулась к бедру, – нет это не кровь, это что-то другое. Неужели она готова была его принять? Она вспомнила, как в одной медицинской книжке, найденной у первого хозяина читала об этом.
Щёки вспыхнули от одних только мыслей. Нет! Она не должна! Она столько сопротивлялась всему у прежнего владельца, что изменилось? Почему? Почему ей кажется, что она не была бы против, если бы Арагон сделал с ней все те вещи, которые она видела в предыдущем доме и которых боялась, ведь ей никто и никогда не говорил, что это нормально.
Девушка заставила себя вернуться в свою комнату, ноги не шли, она не ощущала в них силы. Лестницу она преодолела с трудом, хватаясь за перила и вытягивая себя наверх дрожащими до сих пор руками. Хорошо, что её комната прямо у пролёта, она закрыла дверь, сползла по стене и расплакалась, чувствуя, как постепенно расслабляется тело. Сон к ней тоже не шёл, она просто смотрела в тёмное окно не давая себе возможности сосредоточиться на мыслях, проносящихся в голове. Мысли были о нём.
*Корыто – по размеру сопоставимо с ванной. На Эвероне его изготавливают из цельного дерева, называющегося Филотес. Древесина хорошо полируется и не имеет зазубрин. Дерево не подвержено гниению. Волокна не задерживают грязь. От воды такие корыта становятся только прочнее. Ванн в привычном нам понимании на Эвероне нет, да они им и не нужны.
Макс Линн, благодарю за награду!
Глава 8
Обычно утро успокаивает, навевает приятное настроение, но не в этот раз. Нирая проснувшись сразу вспомнила вечер и испугалась. Она понимала, что не сможет противостоять господину. Рабыням положено подчиняться. А Арагон похоже настроен очень решительно. Остановив себя один раз, вряд ли он сделает это во второй.
Самым страшным было то, что она сама почему-то хотела его поцелуев, ощущения его рук на своем теле, хотела того большего, что считала невозможным, оскверняющим, грязным. Того, что терпят только рабыни, а в нормальных семьях секса нет и не может быть! При всём своём образовании девушка даже не знала откуда берутся дети. Как ни странно ей не попалось на глаза ни одной книги про это: ни среди медицинской литературы, ни среди любовных романов. Нет она видела, как растёт мамин живот с очередным братом или сестрой, как потом ребёнок появляется на свет, но даже близко не представляла, что для зачатия нужны двое. Мама ей не рассказывала об этом, отца не стало, пока она была ещё мала, да и отец в последнее время злился на мать, что она постоянно рожает, что только укрепляло подозрения девочки, что он вообще ни при чём. Первый хозяин тоже никогда не говорил об этом, в доме второго детей не было вовсе. Он пытался заставить её участвовать в оргиях, тоже не вдаваясь в подробности, других рабов и рабынь в его доме она сторонилась. Поэтому девушка никак не связывала вместе секс и рождение детей. Главное, что она знала: пока рабыня невинна (и это слово тоже только подтверждало её догадки), она может оставаться элитной, а значит новые хозяева первое время будут её беречь.