Член уже самостоятельно искал вход, коснувшись лона девушки, тело которой напряглось и задеревенело. Нирая сжалась, закрылась и молчала, оставаясь такой, даже когда мужчина отстранился и посмотрел на её лицо. Из прикрытых глаз катились слезинки, а сама девушка застыла, как изваяние.
– Хрэш*! – выругался мужчина, приподнявшись на руке, ударив кулаком второй по подушке, отчего рабыня постаралась стать ещё меньше, ещё незаметнее.
– Хрэ-эш-ш, – снова медленно процедил он сквозь зубы, вскочил с кровати, поправил полы одежды и пошёл к выходу. На пороге остановился, взглянул на Нираю и отдал приказ:
– Завтра, когда госпожа отпустит, явишься сюда снова! – уходя, хлопнул дверью.
*Хрэш – побуквенный перевод используемого в Ифертине ругательства, которое не приветствуется в порядочном обществе. Иначе говоря, матерное слово. Производное от Хорэш – проводник души после смерти, как мы помним, не является богом. Эверонцы верят в перерождение души.
От автора: как вы думаете, что же произошло? Почему Арагон не исполнил задуманного?
С***** А* благодарю за награду!
Глава 9
Давно он не был так зол, хорошо, что стены и двери в доме крепкие. Не задумался, что этот грохот могут услышать. Да и мысли были совершенно о другом: собирался не так провести этот вечер.
Надо же было такому случиться именно в этот момент, ни раньше ни позже. Минуту назад с эрекцией всё было в порядке, а сейчас его член безвольно повис, не проявляя признаков жизни. Закипевшая ярость заставила его выругаться, он чуть не ударил рабыню, но кулак врезался рядом с её головой. Взгляд на тело девушки не помог, желание не вернулось. Перед ним лежало юное, беззащитное создание, сжавшееся от страха. Он словно впервые её увидел, вдруг почувствовав, что хочет её защитить и прежде всего от самого себя. И лучшее, что он может сделать – это уйти. Но злость не отпускала, всё казалось неправильным. Ошибку нужно исправить. Завтра. Пусть придёт завтра. Он завершит то, что начал.
Мысли о следующем вечере запустили новый процесс: внизу вновь запульсировало. Арагон до скрипа сжал зубы. Вернуться? Нет. Не сейчас. Глубоко внутри он был уверен, что опять не получится. А позориться в очередной раз он не хотел. И началось всё с самой первой встречи с этой рабыней, когда он не понял, кто перед ним. Хрэшова девка.
– Простите меня, господин! – он не заметил, как налетел на Десму, первую свою рабыню, с которой учился быть мужчиной. Он до сих пор не избавился от неё, поскольку девушка своё место знала, была податлива и отзывчива, никогда не питала иллюзий, не переходила черту. Удобная, живая игрушка для удовлетворения похоти.
Схватив несчастную за локоть, приволок в свою комнату. Толкнул на кровать, подхватывая за бёдра, задрал подол и вошёл одним махом. Девушка вскрикнула от резкой боли, из глаз брызнули слёзы. Десма ни разу не сталкивалась с яростью хозяина, он всегда был добр к ней и даже ласков. Она не знала Арагона таким. К счастью для неё, всё кончилось быстро: несколько движений и хозяин излился, прогнал, не желая разговаривать. Злость никуда не делась, удовлетворение не пришло тоже. Получившийся чисто механическим процесс раздражал. То, что член перестал торчать колом, утешало слабо. А в душе впервые завозились сомнения в правоте своих поступков, но он гнал их от себя. Рабы должны подчиняться, – казалось бы это всё оправдывало, но что-то было не так.
*****
Всхлипывая, Десма вернулась к себе.
– Мне показалось или кто-то плакал сейчас? – Тэора обратилась к мужу, но тот ничего не слышал, размышляя, как они проведут приближающуюся ночь. Пригласив этим вечером жену в эстиаторию*, он рассчитывал на большее. Герон, как считал сам, уже вышел из того возраста, когда интересны рабыни, которых хватало в безудержной молодости. Казалось бы имея деньги и власть он и сейчас мог пользоваться их услугами без оглядки, но мужчина однажды узнав, что такое любовь, выбрал свою жену и никогда ей не изменял. Она была совершенством, его идеалом, отвечавшим ему взаимностью. На людях – невозмутимая аристократичность, наедине – страсть и огонь, не иссякающие вот уже четверть века.