– Ведро воды и чашу!
Лекарь вливал в девушку воду понемногу, давая ей прижиться, следя за состоянием и время от времени вновь проверяя пульс.
Почувствовав влагу на своих губах, Десма пришла в себя, но веки не разлеплялись, шум в голове не давал думать, тело словно набили камнями, не позволяя подняться.
– Лежи! – её придержали за плечо.
Незнакомый голос, вернее она его не узнала. Хотела спросить: «Кто Вы?» – но из горла вырвался лишь хрип, сменившийся стоном, голова взорвалась новой болью и девушка обессиленно откинулась на подушку.
– Молчи! Скоро пройдёт.
К утру состояние нормализовалось, рабыня пришла в себя окончательно. Шум стих, круги под глазами не ушли, но кожа вновь выглядела здоровой. Молодость быстро брала своё.
– Что ты удумала? Три дня не есть и не пить. Да, как только в голову такое пришло? – сокрушался лекарь.
– Три дня? – ужаснулась Десма, для которой прошли максимум сутки. – Я не хотела.
– Плохо тебе у господина жилось? – продолжал возмущаться мужчина. – Теперь продадут. Думаешь у другого жить лучше?
Она так точно не думала. Вспышкой вспомнилось вчерашнее появление хозяина, понятно почему он так разозлился.
– Себя нельзя жалеть! Этим вы только усугубляете своё положение! Учитесь отстраняться, концентрироваться на господском желании. Вы – никто!
Очередные наставления всплыли из памяти. Девушка горько усмехнулась, она уже так не считала. Если бы она была никем, ей бы не было больно, она не смогла бы любить вообще.
– Чего разревелась, дура? Раньше надо было думать. Пей давай! – он сунул в руки девушки чашку с горячим бульоном. – И не спеши! Маленькими глотками!
Обжигающая, но такая приятная волна прокатилась по телу, разнося во все его уголки крупицы необходимого тепла.
Проследив, чтобы девушка выпила всё без остатка, лекарь снова измерил пульс:
– На обед много не ешь и больше не голодай! Останься с ней! – это уже рабу у двери, – или приведи другого вместо себя. Если господин проснётся или с ней что не так, – он кувнул на рабыню, – зовите сразу, а я пока пойду спать!
– Спасибо! – искренне отозвалась Десма.
Лекарь не ответил.
*****
Из-за вечернего происшествия Арагону пришлось отложить поездку на виноградники, но хоть выспался, встал к обеду. Рабы, не суетясь, помогли привести себя в порядок и мужчина вышел на завтрак. Омлет с ветчиной, овощной салат и виноградный сок добавили бодрости.
– Позови врачевателя! – сказал ближайшему рабу, которому и идти никуда не пришлось, поскольку тот уже ждал у двери.
– Рассказывай, что с ней!
– Психологический кризис и обезвоживание. К счастью, организм молодой и серьёзных последствий удалось избежать. Но сейчас девушка эмоционально неустойчива.
– И что ты предлагаешь?
– Ей нужна смена обстановки и какое-нибудь занятие, чтобы перестать концентрироваться на своих проблемах.
– Проблемы у рабыни? О чём ты? Это у меня с ней проблемы! – Арагон возмущенно сдвинул брови и прожигал врачевателя взглядом, но тот не смутился.
– Как бы кто не относился к рабам и рабству, но они тоже люди. И чувства испытывают такие же, как господа. – констатировал мужчина, которому в силу профессии приходилось общаться и с теми, и с другими. Он многое успел повидать и понять.
– Люди? Чувства? – Всё это не вписывалось в мировоззрение Арагона. Если бы они были такими, разве бы позволяли так с собой обращаться? Тут же вспомнилось, как он причинил Десме боль. Тогда он не сомневался, что она это чувствовала. – Ладно, ступай. Но раз в день проверяй, как она и докладывай мне.
– Хорошо, элл Арагон! Я всё сделаю!
Обдумав слова лекаря, Арагон решил, что тот, наверное, прав. И теперь вопрос: «Чем же занять рабыню?» уже не звучал странно. Домашние дела – нет! Помощь на виноградниках – тоже нет! Виноградники. Работы на сегодня там уже закончились, но надо заглянуть на завод. Рабыня никуда не денется, о ней можно подумать в течение дня. Арагон вышел во двор, раб поспешил вывести любимого коня господина. Протянув угощение, Арагон вдруг понял, чем может отвлечь рабыню от мыслей о себе.