Подхватил вожжи, запрыгнул внутрь и сел на сидение. Доехал быстро. Принадлежность к Дикронодисам давала преимущество на дороге даже рабу.
Его, вернее транспорт, сразу отправили на весы, сделав отметки в соответствующей книге и пропустили на поле. Среди десяти участников, с которыми он должен был стартовать, мужчина не заметил никого из претендентов на победу. Тем лучше. Демидр не знал, что в нескольких первых заездах отличившихся на пробном круге никогда не сталкивали между собой. Зрелище должно было начаться ближе к финалу, иначе не с кем будет его проводить.
К ним подошел распорядитель:
– Трое последних вылетают из соревнований и остаются ждать дальнейших распоряжений, остальные не забудьте отметиться на выходе и на сегодня свободны. Напоминаю: второй заезд пройдет в Тапаросе* по расписанию. Любые изменения будут доведены до сведения ваших хозяев. Всем ясно?
– Да, господин! – подтвердил дружный хор голосов.
– Отлично! Тогда выходим на старт!
Пять кругов лошадь преодолела с легкостью, оставив позади всех, кроме единственного соперника. Демидр финишировал вторым, как и собирался, увидев и оценив состав группы.
У выезда с поля подошел к служащему, делающему записи: имя, род, вес колесницы, место и время прохождения дистанции, итог заезда, обязательная подпись раба, свидетельствовавшая, что в сведениях нет ошибки.
Не прошло и двух часов, как Демидр вернулся в имение, где к нему подошел управляющий:
– Приведешь все в порядок и найди элла Герона, он хочет тебя видеть. Хозяин собирался работать в своем кабинете.
– Благодарю, господин!
Постучавшись и услышав разрешение войти, Демидр переступил порог, думая, что речь пойдет об его отъезде за город. Но то, что он услышал, не на шутку его встревожило:
– Прямо сейчас соберешь свои вещи и отправишься в дом семьи Рониверис. И только вечером пятого дня, не считая сегодняшнего поедешь в загородный дом, чтобы продолжить тренировки.
– Что я должен буду делать? – спросил, боясь услышать ответ.
– Элл Рониверис скажет об этом сам.
И хоть о плохом думать не хотелось, но найти адекватное логическое объяснение для чего его на время передают другому господину не получилось. В сердце мужчины закрались нехорошие предчувствия, а что если тот извращенец? К сожалению, такие случаи, хоть и редко, встречались, он слышал об этом в школе для взрослых рабов. И он видел интерес в глазах того мужчины. Зачем-то он ведь остановил именно его после праздника, а не пошел за покупкой на рынок. Хотел оценить вблизи? Имея множество своих рабов, позвал его на пять дней. Не в конюшне же помогать, да и не мебель двигать...
Мелькнула мысль нарушить приказ хозяина и сразу уехать. Накажут. Но после может быть хуже. Если хозяева договорились, Герон его может просто продать эллу Рониверису и все полетит к Хорешу. Демидр, как и другие рабы, не знал установленного закона, что продажа и покупка участников скачек строго запрещены. В подписанном им договоре об этом не было и речи, значилась лишь причина, по которой могли снять с соревнований.
Демидр собрался и медленно побрел к указанному месту. Ноги не шли. Лишь маленькая надежда, что извращенец не окажется еще и насильником тлела в сознании. Он будет сопротивляться, но сначала попробует договориться, чтобы его не трогали. Мужчина настолько был поглощен невеселыми мыслями, что не замечал ничего вокруг: ни звуков, ни запахов, ни происходящего. Даже случайно налетевшего на него мальчишку, который тут же принялся извиняться. Мальчишка родился рабом и, увидев дорогой ошейник мужчины, понял, что ему несдобровать, но тот прошел мимо, даже не взглянув на него. Не обратил он и внимания на те самые ворота, у которых стоял недавно, услышав лишь слова, холодной волной накрывшие сердце:
– Господин тебя ждет.
Он не смотрел по сторонам, когда проходил по аллее, ведущей к дому, только под ноги, боясь передумать, развернуться, уйти.
Войдя в холл не успел даже осмотреться, как оказался в объятиях Ронивериса, вышедшего навстречу, раб от ворот доложил по браслету о появлении гостя.