— Это и правда так, — сказала Гермиона, она тоже отпила. — Но сейчас, ночью, это уже не имеет смысла. Полагаю, стоит дождаться утра…
— На рассвете Уилтшир особенно хорош, — кивнул Люциус, прикладываясь губами к краю своей рюмки после некоторого колебания. Снейп подмигнул ему и осушил свою залпом.
— Что ж, значит, дождёмся утра, — вздохнул Керберос. — А биттер, и, правда, весьма неплох! Плесните-ка мне ещё, мистер Снейп!
Он поставил свою пустую рюмку на поднос.
— Сколько угодно, — расплылся тот в улыбке.
— Что ж, очевидно завтра нас с тобой ждёт ещё один увлекательный день, дорогуша, — вздохнул Керберос, похлопав своей дряблой рукой Миреллу по коленке. Та улыбнулась ему, а старик, вновь обратил свои выцветшие глаза на Люциуса. — И в завершении нашей завтрашней экскурсии, мой друг, мы с тобой как раз сможем наконец обсудить то, чего ты так долго ждал: полагаю, самое время начать процедуру перевода моих денег на твои счета…
Люциус, который в этот момент делал очередной глоток биттера, поперхнулся. Горькая настойка обожгла ему ноздри, и он отчаянно закашлял.
— Ну-ну, — рассмеялся Керберос. — Неужто ты уже и веру потерял? А я, может, просто ждал вот такого вот приятного момента…
В следующее мгновение лицо старика сморщилось, и он заёрзал на месте. Люциус и Северус переглянулись, после чего с беспокойством уставились на грека.
— Я просто, — попытался продолжить тот. — Просто думал, что ты очередной бездельник, который желает побыстрее наварить на мне деньжат, а ты я вижу вполне…
Он снова не закончил фразу. Вместо этого на всю комнату разнеслось громкое, говорящее само за себя урчание его живота. Керберос ухватился за него рукой. Лицо его побледнело и вытянулось. Он с беспокойством, а затем и с ужасом взглянул на всех присутствующих, после чего воззрился выпученными глазами на Миреллу.
— Дорогу-уша! — протянул он беспомощно.
— Что такое Керберос? — воскликнула Мирелла, глядя на него с неподдельным испугом.
— Дорогуша, беда! — взвыл старик.
— Что случилось, господин Калогеропулос? — подпрыгнула Гермиона.
Люциус и Северус тоже встали со своих мест дабы не вызвать подозрений. Они смотрели на грека с тревожным ожиданием, очевидно рассчитывая заметить какие-то изменения в его облике, ничего подобного, однако, не происходило. Птица в клетке встрепенулась и застучала крыльями по прутьям.
— Беда! — старик перешёл на фальцет. — Беда-а!
— О, Мерлин, — выдохнула Мирелла. — Сейчас-сейчас, Керберос, подожди!
Она вскочила с места, потянув старика за руки вверх с дивана, но поднять его ей не удалось. Керберос тем временем застонал, из живота его снова раздалось протяжное урчание, и, обратив свой безумный взгляд на Люциуса, а затем на Северуса, Мирелла воскликнула:
— Ах, да помогите же мне!
Опомнившись они бросились к Керберосу взяв того под локти. Старик издал сдавленный стон. Гермиона подкатила опору с беспокойно верещащей птицей ближе и, Керберос почти упал на неё. Ноги и руки его дрожали, а по морщинистым щекам засочились слёзы.
— В туалет! — воскликнула Мирелла. — Ведите его в туалет, ну же!
— Ложитесь на свою опору, Керберос. Подогните ноги! — сказал Снейп.
Керберос беспомощно рухнул прямо на клетку. Птица в испуге забилась о прутья, издавая отчаянные крики, а Люциус с Северусом повезли старика через зал в сторону коридора. Ноги его безвольно волочились по полу, а сам он продолжал стонать. Мирелла и Гермиона бросилась вслед за ним.
— Антидот! — прошипел сквозь зубы Люциус, обратив свой безумный взгляд на Снейпа. — У тебя же есть антидот?!
— Не сейчас, — мотнул тот головой. — Сейчас уже нельзя! После…
Они выкатили опору с повисшим на ней Керберосом в коридор, а затем и в туалет.
— Мистер Бэгз! — вскричал Люциус.
Домовик возник перед ними в то же мгновение.
— Ай, что случилось, что случилось? — запричитал эльф, схватившись своими узловатыми пальцами за уши.
— Помоги ему!
Домовик тот час же засуетился вокруг, снимая Кербероса с опоры, которую Люциус не преминул выкатить в коридор, дабы гарантировать, что бутылочка с «желудочной микстурой» Кербероса будет вне поля его досягаемости. Несмотря ни на что, в глубине души у него ещё оставалась надежда, что старик в любой момент может обратиться Ральфом. Он так был уверен в этом все эти дни. Он так рассчитывал на это…
Мирелла хотела было остаться с греком, но тот беспомощно замахал рукой, говоря:
— Нет-нет, дорогуша, выйди-выйди!
В следующее мгновение дверь за ним захлопнулась. Птица в клетке продолжала верещать.
— Ах, да замолчи уже! — Люциус схватил со стоящего у противоположной стены столика накрахмаленную салфетку и бросил её на клеть. Деревянная расчёска Гермионы, которая лежала поверх неё, со звоном упала на мраморный пол. Птица присмирела. Из-за двери тем временем раздались весьма ужасающие стоны Кербероса, сопровождаемые рядом других, малоприятных звуков.
— Мне надо дать ему лекарство! — воскликнула Мирелла. — Она бросилась к опоре, хватая пальцами бутылочку с микстурой.
— Нет, — жёстко сказал Люциус.
— Что? — выдохнула Мирелла, взглянув на него с недоумением.
Северус сделал шаг, отгораживая их друг от друга.
— Мирелла, сейчас нельзя, — сказал он примирительно.
— Откуда вам-то знать? — выдохнула она.
— Ну, это же очевидно! — тот высокомерно усмехнулся. — Ему сейчас очень плохо, он просто не сможет выпить твоё зелье! Это будет бесполезно, надо дождаться, пока обострение пройдёт.
Она уставилась на него с открытым ртом, не в силах будто бы возразить, и он аккуратно забрал бутылочку из её пальцев.
— Пойдём в зал, Мирелла, — успокаивающе сказал Люциус, прикасаясь к её плечу. — Теперь мы можем только ждать. А потом, Северус обязательно даст ему лекарство, не так ли?
Он многозначительно посмотрел на Снейпа.
— Конечно, полагаю, одной микстурой тут не обойтись, — кивнул тот, когда все они снова вошли в зал. — Не знаешь, что могло спровоцировать у него такую реакцию? Биттер? А может тот странный салат, которым нас почивали на ужине? Осьминог сразу показался мне подозрительным…
Люциус усадил Миреллу за стол. Они с Северусом сели напротив неё. Гермиона нервно мерила шагами зал, пока сверху из комнат второго этажа не послышался детский плач.
— Ах, Роза! — воскликнула она. — Наши крики видно разбудили её. Я пойду…
И она выскочила в коридор. В зале повисло молчание. Люциус и Северус беспокойно переглянулись.
— Это… вы, — выдохнула внезапно Мирелла, не спуская с них своих выпученных глаз, что заставило их обоих вздрогнуть.
Лицо у неё теперь было безумное и по цвету ничем не отличалось от её бордового платья.
— Что ты несёшь? — презрительно прошипел Люциус.
— Это вы! — возопила она, впиваясь руками себе в голову.
— Мирелла, мы все удивлены, подобным развитием событий, но не стоит впадать в крайности. Никто не виноват в том, что у Кербероса несварение, — холодно произнёс Снейп.
— Я слышала… Я слышала, ты спросил у него про антидот! — заверещала она, тыча пальцем в Люциуса. — Вы подлили ему что-то в биттер! Что вы сделали?! Вы что, отравили Кербероса?