— Ты меня излишне демонизируешь, — хмыкнул Люциус. — Но здравое зерно в твоих рассуждениях всё же есть. Не спорю. Мне было очень любопытно…
— И ты всё ещё не утолил свой голод?
— Дело в том, что мисс Грейнджер оказалась гораздо интересней, чем я когда-либо мог себе вообразить. До определённого момента я думал, что ты преувеличиваешь её достоинства… и, Слава Мерлину, многое из того, что ты мне плёл тут про неё, действительно оказалось ложью!
Люциус довольно рассмеялся.
— Что ты несёшь? — выплюнул Снейп.
— О, тебе лучше не знать. Боюсь, некоторые факты шокируют тебя сильнее, чем то, что она провела свой отпуск с Крамом… И, пожалуйста, не заставляй меня вновь, рушить её чистый образ в твоих глазах.
— Ты просто сумасшедший! Я не позволю ей связать с тобой свою судьбу.
— Но, как же так? Разве не ты совсем недавно оказал влияние на её положительное решение относительно меня?
— Я уже успел пожалеть об этом…
Они помолчали. Люциус вздохнул.
— Северус, давай закончим этот фарс.
— Да, его пора завершить, — кивнул тот. — Я не позволю тебе причинить ей большую боль, чем уже возможно… Ты прекратишь дурачить Гермиону сегодня же и просто исчезнешь из её жизни.
— Никак не могу сделать этого.
— Почему же, позволь узнать?
— Ну, может потому что я её полюбил? — Люциус оскалился.
— Ой, да перестань! — губы Снейпа скривились от неприязни. — Ты не любишь никого кроме себя… Она для тебя просто очередная игрушка, с помощью которой ты тешишь своё самолюбие.
По лицу Люциуса прокатилась волна раздражения.
— Если бы это было так, я бы просто выставил её за дверь своего поместья сразу же после того, как потешил его, а не предлагал ей руку, сердце и своё состояние! Тебе не кажется, что это слишком уж большая благодарность за приятно проведённое время, Северус?
— Откуда мне знать, что за эти годы ты не растерял уже последние крупицы здравого смысла? Признайся, тебе просто интересно было посмотреть, согласится ли она выйти за тебя. Это же так увлекательно! Я-то знаю, что для тебя она всё ещё ничтожная грязнокровка.
Люциус вскочил со своего кресла и, упершись ладонями в стол, произнёс:
— Мне плевать кто она!.. Да, в самом начале меня снедало любопытство. Да, сперва я испытывал к ней только вожделение, но у меня и в мыслях не было пытаться предпринимать какие-то активные действия по отношению к ней только ради того, чтобы утолить этот глупый интерес. Вероятно, я бы так и не сделал никаких серьёзных попыток в этом направлении, зная, что она дорога тебе. Можешь не верить, но у меня ещё есть честь… И, если хочешь знать: Гермиона сделала всё сама.
— Скажи ещё, что она сама пришла к тебе в кабинет и предложила себя, — хмыкнул Снейп.
— Ну, — Люциус повёл бровью, снова опускаясь в кресло. — Тогда мне лучше умолкнуть…
— Что ты несёшь? Ты пытаешься очернить её в моих глазах?
— Ну вот, — Люциус вздохнул. — Я же сказал, что тебе лучше не знать о ней некоторых новых для тебя подробностей…
— Когда это случилось?
— После бала на Хеллоуин.
— И ты считаешь, что я поверю в это? Она испытывала к тебе в тот момент только отвращение и злость…
— Да, — широко улыбнулся Люциус. — Но ты видимо не представляешь, на что способны эти сильные чувства, когда они смешиваются с вожделением в тонким и расчётливом уме, каким и обладает, наша дорогая мисс Грейнджер. Готов поспорить, имей она хоть каплю чистой крови — шляпа непременно распределила бы её на Слизерин… С другой стороны, для того, на что она пошла в ту ночь, нужно немало смелости, так что Гриффиндор, пожалуй, ей всё же к лицу.
— Расскажи мне всё.
— Да нечего особенно рассказывать, — отмахнулся Люциус, весьма довольный тем, что ему удалось разжечь в Снейпе любопытство. — Она просто поняла, что я хочу её и решила мне это дать в надежде на то, что я поспособствую восстановлению её проекта в Министерстве…
— Не может быть, — выдохнул Снейп.
— Представь себе, — усмехнулся тот. — Я тоже были удивлён! А ты знаешь, как меня будоражит всё, что идёт вразрез моим собственным стереотипам.
— Следующим утром она уехала в Лондон… Неужели она провела ту ночь с тобой, взамен чего ты предложил ей оплатить проект?
— О, если бы всё было так просто! — презрительно фыркнул Люциус. — Если бы это действительно случилось так… прозаично, вероятно, мы бы сейчас с тобой вообще не разговаривали о ней.
— Как же тогда?
— Ты действительно хочешь знать? — хищно улыбнулся Люциус.
Во взгляде Снейпа промелькнуло сомнение.
— Да, — сказал он, и наконец медленно опустился на стул.
— Что ж, — сказал Люциус, не спуская со Снейпа глаз. — Она пришла ко мне, в этот самый кабинет. Заставила меня сесть в это самое кресло и, без лишних предисловий, сделала мне минет. Когда же я предложил ей перебраться в спальню, она рассмеялась мне в лицо и ушла, представляешь?.. Так меня не унижала ещё ни одна женщина!
— О, Мерлин! — Северус дотронулся пальцами до лба.
— Клянусь, я бы убил её, если бы она ещё раз попалась мне на глаза… в любом другом случае. Но минет был просто фантастический! — Люциус рассмеялся, наслаждаясь реакцией Снейпа. — Я чуть не начислил Гриффиндору баллов, право слово! Вижу, расширенный курс зельеварения, после окончания школы она усвоила хорошо.
Глаза Снейпа прожгли Люциусу лицо.
— Ты же понимаешь, что мы говорим сейчас о твоей будущей жене?
— Ну, я же говорю о её прошлом… В конце концов, кто я такой, чтобы осуждать её или, упаси Мерлин, ревновать? Ты знаешь, что в моей жизни были вещи и пострашнее того, что моя будущая жена, была когда-то твоей любовницей. Могу только сказать тебе спасибо, за то, что так хорошо подготовил Гермиону к появлению в её жизни меня, — он отвесил Снейпу реверанс.
— Люциус, я просто не уверен, что она до конца понимает, с кем связалась, — подрагивающими пальцами Снейп помассировал виски. — Полагаю, всё произошедшее между вами после того её… отчаянного поступка, она воспринимает несколько иначе чем ты.
— Каким же образом?
— Я… я не знаю, — выдохнул Снейп, и Люциус поймал себя на мысли, что впервые в жизни услышал от него эти слова. — Я просто не хочу, чтобы она снова испытала боль и разочарование. С неё хватит и того, что доставил ей я…
— Ты такой эгоист, — Люциус скривился. — Тебе никогда не приходила мысль, что она не фарфоровая кукла с умным механизмом в голове, которую нужно поставить на полку и сдувать с неё пылинки? Гермиона живая женщина! Она настоящий сгусток чувств! В ней столько страсти…
Последние слова вырвались из груди Люциуса почти со звериным рычанием. Снейп судорожно вздохнул.
— Я больше ничего не хочу знать о ваших…
— Я говорю сейчас не о её теле, Северус, хотя и оно у неё чертовски соблазнительное; я говорю о её душе, с твоего позволения… Там столько эмоций, столько жизни! И я могу позволить ей раскрыть всё это, понимаешь? Я хочу, раскрыть это!
— Ты уверен, что она не надоест тебе через пару месяцев? Где гарантия, что раскрыв её, ты не обнаружишь, там, под всеми этими эмоциями и чувствами, что-то не совсем соответствующее твоим ожиданиям?
— Гарантии нет никогда. Но в данном случае, я готов пойти на риск. У меня просто нет выбора, если хочешь! Моя собственная душа, очевидно, встретила в её лице что-то очень близкое для себя…