— Поверить не могу, — выдохнула поражённая Гермиона. — Работорговля…
— Даже мои предки до такого не додумались, — заметил Люциус.
— Сколько ему было лет, когда… это произошло?
— О, он был уже вполне взрослый — ему было пятнадцать, — хмыкнул тот. — И готов поспорить, он не находит совершённый над его семьёй самосуд справедливым… А судьба домовиков навряд ли в действительности вызывает у него хоть каплю того беспокойства, которое он отчаянно пытался демонстрировать всем нам. А также, как я вижу теперь, он был в сговоре с Миреллой и Керберосом всё это время…
Кулаки Люциуса сжались.
— Ты сказал, что не получил тогда моего ответа, из лаборатории, — в задумчивости произнесла Гермиона. — Ну, той моей записки, что я задержусь…
— Да, — губы Люциуса нервно дрогнули, и он посмотрел на неё с большим вниманием.
— Я… — Гермиона судорожно вздохнула. — Я не могла тогда совсем ни на минуту оставить зелье. Когда в лабораторию влетела сова, Алонзо сам отвязал от её лапы записку от мистер Бэгза. Он дал мне её, и я только быстро написала тебе свой ответ, попросив Луиса отправить в Малфой-мэнор сову самому, и я не видела… Не видела, как он сделал это… Мог ли он?..
— Я нашёл эту сову несколько дней назад, у реки, за антитрансгрессионным барьером… Она мертва. Ей сломали шею. Твоего ответа при ней я не обнаружил.
— О, Мерлин, — дрожащими руками, она прикоснулась к лицу. — Я прониклась к нему и… доверяла…
На глазах её проступили слёзы. Люциус поднялся со своего кресла и заключил Гермиону в объятия.
— Я его уничтожу, — прошептал он, целуя её в лоб.
— Люциус, — она отстранилась от него. — Мы должны сообщить Кингсли.
— Это я уже сделал. Завтра утром мы вместе с мракоборцами поедем в лабораторию, чтобы задержать Алонзо, а оттуда отправимся в Азкабан. Нам нужно проверить теорию, которая приходит мне на ум, исходя из найденных мистером Поттером зацепок…
— Что ты имеешь в виду? — Гермиона взглянула на него с беспокойством. — Зачем нам ехать для этого в Азкабан, даже если Мирелла и Калогеропулос были там два года назад, это ничего не меняет — Ральф умер, а твои догадки на счёт того, что он скрывается под личиной Кербероса не подтвердились…
— В этом ещё следует убедиться, — улыбнулся Люциус. — Мы должны вскрыть могилу Ральфа.
========== Глава 16. Азкабан ==========
Утро было хмурым. С ночи ещё на Уилтшир пролился дождь, после которого Малфой-мэнор окутало плотным мокрым туманом, и Люциус с Гермионой, получившие на рассвете ответ от Кингсли, собирались в неблизкий путь.
Министр, как они и рассчитывали, дал им разрешение на посещение Азкабана и эксгумацию тела Ральфа Мальсибера, а также направил мракоборцев не только в исследовательский центр, но и в дом Алонзо, дабы задержать того по подозрению в сговоре. Получив это послание, Люциус сразу же отправил уже тщательно подготовленные письма Снейпу и Гарри, попросив их обоих тоже прибыть в Азкабан к назначенному времени.
Когда, уже находясь в холле Малфой-мэнора, перед самым выходом, Люциус накидывал на плечи свою дорожную мантию, из кармана её на пол выпали два просроченных билета в Париж, которыми они с Гермионой так и не воспользовались прошлым вечером. Заметив их, Гермиона наклонилась, чтобы подобрать.
— Что это? — она с недоумением посмотрела на Люциуса.
— Ах, это должно было быть наше с тобой примирительное путешествие, которое я спонтанно запланировал для нас прошлым утром, — сказал он, придирчиво оправляя перед зеркалом складки мантии. — Жаль, что оно так и не состоялось. Сейчас я бы с гораздо большим удовольствием нежился с тобой в уютной гостиничной постели и любовался видом Эйфелевой башни, чем готовился к посещению места, в которое я поклялся никогда больше не возвращаться…
— Люциус, ты… правда… — она обратила на него поражённый взгляд.
— Что? — усмехнулся он, обхватывая ладонями её лицо. — Правда собирался принести тебе свои красивые извинения и пригласить в Париж, ворвавшись в лабораторию с букетом наперевес?..
— Ах, теперь я ещё больше ненавижу Алонзо и их всех! — с горечью воскликнула Гермиона. — Они отобрали у меня такой момент!
— Ну, быть может, вот это скрасит немного твоё разочарование, — с улыбкой Люциус торопливо пошарил по карманам, выудив, забытую им вчера, прямоугольную бархатную коробочку тёмно-синего цвета. И, пробормотав себе под нос: «Ну, и, в конце концов, кто мне мешает сделать это прямо сейчас?», опустился перед Гермионой на одно колено, демонстрируя ей сияющее ослепительным блеском бриллиантовое колье.
От изумления Гермиона даже вскрикнула, взволнованно прижав руки к своему раскрасневшемуся лицу.
— Какие они огромные! — задохнулась она.
— Да, вот видишь, как я хотел, чтобы ты меня, наконец, простила, — с жаром сказал Люциус.
Схватив бриллиантовое колье, Гермиона бросилась к зеркалу. С улыбкой Люциус поднялся с колена и проследовал за ней, любуясь тем, с каким азартом она начала прикладывать его к своей груди. Она при этом даже облизнулась пару раз. Встав за её спиной, Люциус положил руки ей на плечи и поцеловал в щёку.
В следующий момент Гермиона почти небрежно положила колье на стол и, насупив своё милое личико, капризно произнесла:
— Но в Париж я тоже хочу!
Каблучок её правой туфли при этом нетерпеливо ударил половицу.
— Обещаю, как только мы разберёмся со всей этой неприятной историей, я в тот же день отвезу тебя в Париж самым медленным маггловским поездом! — сказал Люциус, ощущая, как по всему телу его расползается радость от того, что отношения их, наконец, пришли в полное соответствие с его представлениями о них.
Порывисто обернувшись, Гермиона впилась своими блестящими медовыми глазами в его лицо.
— Я люблю тебя, Люциус! — выдохнула она, оставляя страстный поцелуй на его губах.
— А уж, как тебя люблю я… — опьянённый прошептал он, проводя пальцами по её щеке и, приподняв бровь, буднично добавил: — Однако нам уже пора, иначе, эксгумацию придётся проводить поздней ночью.
И взявшись под руку, они покинули Малфой-мэнор.
Когда Люциус и Гермиона прибыли в сопровождении мракоборцев в исследовательский центр, Алонзо там, конечно, не было, более того, кабинет его оказался абсолютно пуст.
— Сбежал как трус, — процедил сквозь зубы Люциус, обходя письменный стол.
— Вторая группа доложила, что его нет и дома, мистер Малфой, — отрапортовал один из мракоборацев, коренастый, коротко стриженный малый. — Ни его самого, ни вещей…
— Я не сомневался, — вздохнул Люциус, поддевая рукояткой трости ручку одного из выдвижных ящиков стола.