Джамилю я не поверил, но воспоминания о философском разговоре отца с учителем истории что-то всколыхнули в моей душе.
Утром все собрались возле статуи «старшего Будды». Джамиль сидел на земле в компании своих работников. Бойцы выгружали ящики с взрывчаткой. Журналист с оператором спорили о чем-то своем, указывали руками то на скалы, то на город. Прибывший из Кабула микроавтобус стоял чуть поодаль. Я подошел к нему и велел всем выйти из салона. Наружу выбралась невероятно сутулая женщина, а следом за ней две девочки. Все были укутаны так, что лиц не разглядеть.
— Будете стоять тут, — велел я. — Надо, чтобы он вас видел.
Я вернулся и подозвал Джамиля:
— Готов?
— А как ты думаешь? — зло ответил он и глянул поверх моего плеча на родных.
Я поманил жестом Фарида. Рабочий приблизился, явно не ожидая ничего хорошего.
— Шесть отверстий, как планировали? — уточнил я.
— Да. Все сделали.
— Ты сам долбил?
— И я тоже.
— Сегодня опять полезешь.
— Зачем?
— Будешь закладывать взрывчатку.
— Я? — Фарид выпучил глаза.
— Ты. А он тебе объяснит. — Я перевел взгляд на Джамиля, который тоже уставился на меня. — Ты же ему объяснишь?
Джамиль сглотнул слюну, затем кивнул — неуверенно, с опаской.
— Возможно, мы решим твою проблему, — пояснил я. — Если она, конечно, есть. А ты, Фарид, учти: если не постараешься — завтра у микроавтобуса будут стоять твои близкие.
— Я все исполню! — заверил Фарид.
Джамиль посмотрел на меня с нескрываемой благодарностью.
— Действуйте! — приказал я.
Они оба оживились, принялись обсуждать ход работ. Джамиль принес карту, разложил ее в кузове пикапа обратной стороной вверх и нарисовал статую. Крестиками отметил просверленные отверстия.
— Глубина шпура? Диаметр? — спрашивал он Фарида и записывал цифры. — Песчаник порода… кремнистая… пористость полпроцента… плотность… нужно расширить диаметр этого шпура, чтобы детонационная волна пошла вертикально… — И обращаясь ко мне: — Хочу посмотреть на взрывчатое вещество.
Я указал ему на ящики. Джамиль поднял одну крышку, списал данные с маркировки. Поразмыслил, шевеля губами, и вернулся к нам с Фаридом.
— Подойдет. Это гранулит М. Я таким взрывал. — Он притащил свой рюкзак и сумку, покопался в вещах и добавил: — Вот только гранулит «М» почти нечувствителен к механическому воздействию. Нужен промежуточный детонатор.
— Что это значит? — спросил я.
— Например, тротиловые шашки. Найдутся у вас?
— Сколько нужно?
— По одной на каждое отверстие. Сначала заложим гранулитом, а на выходе поставим тротил. И еще, — он повернулся к Фариду, — мы не можем протянуть огнеприводный шнур на пятьдесят метров, электродетонаторов у нас нет, поэтому используем тлеющий фитиль. У меня есть. Обычно он тлеет по одному сантиметру в две минуты. Но я не знаю, какой там наверху ветер, поэтому будем рассчитывать, что в одну минуту. Сначала устанавливаешь взрывчатку во второй шпур, затем — в первый. Подпаливаешь фитиль на первом. За минуту спускаешься до второго и подпаливаешь его. У тебя остается целых четыре минуты, чтобы спуститься вниз и убежать из зоны взрыва. Кстати, тут нужно все расчистить…
Я был рад, что дело наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Они всё тщательно отрепетировали, и Фарида повезли к более пологой стороне скалы, где он взобрался наверх. Веревки висели еще со вчерашнего дня.
— Ты можешь отпустить моих родных? — попросил меня Джамиль. — Пусть хотя бы в доме пересидят.
— Если верить твоим рассказам, у тебя было множество родных.
— Да, было. Но это не значит, что я не люблю этих.
— Отпущу их, когда исчезнет первый идол.
Джамиль вдруг заплакал и упал к моим ногам.
— Приставь пистолет к моей голове! — проскулил он.
— Пистолет? Для чего?
— Пусть все думают, что я прошу пощады.
Я вынул оружие из кобуры и направил ствол. Не знаю, почему я послушался.
— Не понимаю, как тебя отблагодарить, — тараторил Джамиль, глядя на меня снизу вверх. — Я мог бы прославлять твое имя в веках, повторять его в каждой будущей жизни. Но я надеюсь, что избавился от проклятия и больше ничего не вспомню. Боги отблагодарят тебя! Я уверен.
— Не думай, что поверил твоему безумному рассказу! — ответил я. — Мне нужно взорвать статуи, и я устал от твоих вывертов. Пусть хоть твоя горбатая жена взрывает, мне плевать, главное, чтоб эти ниши остались пустыми!