— Жаль, что работаем, — вздыхает Лусия. — Одно успокаивает. Заплатят приличный бонус. Оформят, как экстра часы.
Им-то, может, и заплатят. А вот мне с моим испытательным сроком вряд ли.
— Эта да. У меня были такие планы… — добавляет Кармен, работающая в ресторане казино.
В этом все южные испанцы. Деньги им нужны меньше, чем праздник. «Tranquilate» и «Disfruta la vida» [успокойся и наслаждайся жизнью]— их слоган по жизни.
— В такие минуты ненавижу свою работу… — продолжают жаловаться коллеги.
Я улыбаюсь, вспоминая старый анекдот. Рассказываю коллегам.
— Люблю работу пожарного. Отличный коллектив, хорошая зарплата, полный соцпакет, но как пожар — хоть увольняйся.
Все взрываются от смеха, кивают, диджей улыбается и, пока настраивает музыку, негромко врубает задорную «Bem Bem Bem Maria».
Пляж накрывает яркими переливами гитары, и вся компания начинает пританцовывать.
У них это получается как-то совершенно естественно. Радость жизни у них в крови. Gente de la calle [народ улицы], как они себя называют.
Я вместе с остальными хлопаю в ритм всем танцующим, а наш бармен и Конча тянут меня в круг. Мне сейчас не до танцев. От слова вообще. Но отказаться — значить обидеть коллег.
Я ловлю их вайб и, подхватывая ритм, втягиваюсь в яркий водоворот испанских эмоций.
— Bem Bem Bem, Maria, te quiero, Bem Bem Bem*, — хором поют они, и я вместе с ними. Вспоминаю вчерашний отрыв, и мне становится легче.
— Да ты танцуешь не хуже испанки! — смеется Игнасио, хватая меня за руку и образуя пару. — И голос какой!
— В душе я испанка! — шучу и продолжаю петь, кружа с коллегой в ритмичном танце. Пышные юбки развиваются, будто вихрь, ступни утопают в теплом песке, и сейчас я себя чувствую хитаной [циганкой].
— После работы мы все едем на пляж отмечать Сан-Хуан, поехали с нами? — предлагает он, и Конча подхватывает меня за руку.
— Да, поедем!
— Если освобожусь, — с сомнением в голосе, не останавливая танец уже с Кончей.
Мы компанией продолжаем наш огненный фламенко, но музыка внезапно останавливается, и мы вместе с ней.
«Черт» — понимаю, что кто-то увидел наше веселье, и спускаюсь на землю. Оборачиваюсь, и мои подозрения подтверждаются.
На нас смотрит старшая администратор.
— Здравствуйте, сеньора Лант, — здороваемся мы хором.
— У нас, оказывается, не отель, а бюро талантов… — она недовольным взглядом осматривает нашу компанию. — Вы не подумали, что можете мешать гостям отеля отдыхать?
Я машинально поднимаю голову на здание «Royal Holidays» . С этой стороны расположены все VIP-номера. Могли и потревожить кого-нибудь.
— Мия, — внезапно слышу свое имя и резко перевожу взгляд на Лант. И вновь это выражение на лице «Бесова, с тобой одни проблемы». — Следуй за мной.
Напряг нарастает. Сердце стучит, как бешеное. Подхватываю туфли и иду за Лант по каменному настилу. На ходу отряхиваю ноги от песка и, подскакивая то на одной, то на другой ноге, обуваюсь, стараясь не отставать и не запутаться в юбках.
Входим в начищенный до блеска вестибюль, но Лант резко останавливается, так что я в нее чуть не врезаюсь. Поворачивается. Смотрит на меня как-то по-особенному. Изучает мой наряд, прическу с ярко-красным цветком, вплетенным в туго уложенные волосы на испанский манер. Не могу ухватить ее реакцию. Она прячется за маской равнодушия.
— Поднимайся на клубный этаж, — внезапно выдает она. Тон изменился. В нем уже нет той жесткости, что ранее. — Тебя хочет видеть Айслер.
****
*Бем, бем, бем, Мария, Я люблю тебя, бем, бем, бем. Несмотря на это странное для иностранца «бем-бем-бем» песня о большой любви к женщине)
Глава 12. Айслер
Иду по коридору клубного этажа. На автопилоте. Адреналин зашкаливает. В глазах рябит от коврового покрытия, по которому я недавно ползала в поисках бриллиантовой серьги.
Это как-то связано с Адрианой и ее местью? А если нет — зачем я Айслеру понадобилась? Ну не отельный же бизнес он решил со мной обсудить. Будет приставать? Кривлюсь. Понимаю, что мое мнение ему нужно, как будильник в выходной, но не хочется разочаровываться. Айслер мне всегда виделся адекватом.
Останавливаюсь перед массивной двойной дверью. Золотые буквы “Royal Suite” отполированы так, что бьет по глазам. Успокаиваю сердцебиение.
Продолжаю вычислить, что меня ждет по ту сторону, но получается плохо. В голове шумит от напряга.
«Ну, Ктулху мне в помощь», —выдыхаю и тихо стучу.
Дверь открывает помощник немца. Напряжение отпускает. Но только на мгновение.
— Герр Айслер работает на террасе, — информирует он и выходит в коридор.
Иду через зал. В роскоши королевского сьюта в бело-золотых тонах, выгляжу ярко-красным пятном. Через стеклянную панель вижу Айслера. Он сидит в удобном кресле, печатает на ноуте. Одет неформально. Джинсы и футболка. Мягкие мокасины. Имеет право. Он у себя в сьюте.
Бросаю взгляд на террасу. Приходит неприятная догадка. Черт. Он мог воочию наблюдать нашу с коллегами импровизацию на испанский лад.
Останавливаюсь на пороге. Он поворачивает голову ко мне. Жестом показывает, чтобы я зашла к нему. Делаю несколько шагов к его столу. Останавливаюсь на безопасном расстоянии. Айслер внимательно рассматривает мою фигуру. Красный цветок в волосах. Опускается ниже. Задерживается на моих туфлях.
Черт, они, наверное, в песке. Я не до конца вытерла ноги.
Машинально смотрю на носки своих туфель. Так и есть. Немного в песке. Как и щиколотки. Зная его педантичность, предполагаю, что немец не в восторге.
— Простите. Я только что с пляжа…
— Вижу, — коротоко. Но недовольства не ловлю.
— Вы хотели меня видеть?
—Ты красиво танцуешь, Мия, — констатирует он. Голос спокойный, но мой позвоночник натянут, как струна. Жду подвоха.
Значит, все таки наблюдал с террасы.
— Мы, вероятно, вас потревожили. От себя и от лица коллег приношу извинения.
Он тянет пальцы к ноуту, и я слышу через динамики голоса, какой-то шум и музыку… Знакомую музыку. Очень знакомую. Прислушиваюсь. Это же ремикс… Вчерашняя “Bamboleo”!
Смотрю на него, он ждет, пока я включусь.
— Вы были в ночном клубе? — от неожиданности не скрываю удивления. — Еще и записывали видео?
— Думаешь? — не заигрывает. Будто хочет проверить мой ответ.
— Подобные заведения, определенно, не для такого уровня людей, как вы.
— Верно. Мой человек снимал вашу вечеринку.
— Зачем?
На этот раз он не спрашивает. Отвечает.
— Следил за тобой.
Хмурюсь. Вот почему мне все время казалось, что за мной кто-то наблюдает. Значит, не паранойя.
— Зачем?
— Хотел посмотреть, как ты отдыхаешь, сколько пьешь, как ведешь себя в компании. Куда поехала после вечеринки.