Смотрю на свое traje de gitana [костюм хитаны/цыганки. Традиционное платье, которое женщины носят на фериях (фестивалях) в Андалусии] Мне бы во что-нибудь переодеться.
Иду в мастер-спальню. Здесь кровать с аэродром. Жаккардовое стеганое покрывало, которое стоит больше моей месячной зарплаты. Но вся обстановка безликая. Вывод — Айслер здесь не планирует останавливаться. Видимо, оставил атико за собой на всякий случай. Например, для бизнес-партнеров. Или для женщины… Кривлюсь. Продолжаю ресерч. Отсюда ведут две двери. Ванная комната, величиной с нашу с Радкой гостиную. На полках аккуратно сложены махровые халаты и полотенца. Отмечаю, что туалетные принадлежности стандартные, недоргих брендов. Будто покупали на скорую руку. В каком-нибудь круглосуточном минимаркете или в магазине при «Repsol». Странно.
А что здесь? Пахнет новой мебелью и дорогим деревом. Свет включается автоматически. Просторная гардеробная. Вешалки и полки пустые. Ну, почти. На одной из них стоит большой брендовый пакет с логотипом YSL. Там мои вещи, в которых я приехала в отель на работу. На вертикальном стенде для обуви, уходящем под потолок, — мои летние босоножки. Ну это хоть что-то… Но все равно кривлюсь. Хорошо бы они и мой мотороллер подогнали с отельного паркинга.
Так. Нужно разработать план. Попробовать еще раз усыпить его бдительность.
«Усыпляй более убедительно, Бесова!» — зло.
Что в таких случаях делают? Правильно. Принимают душ и ложатся спать.
Первый пункт выполняю быстро.
Пока стою под душем, обдумываю план дальнейших действий. Не первый раз сбегаю. Сумела же я убежать от Эрики Тормис — второй жены моего отца и от ее дочери от первого брака Яники.
Вот кто устраивал мне ад. Она меня невзлюбила с первой минуты моего появления в их доме. Втихую. Пока отец не видел. Такой «Гарри Поттер. Эстонский стайл». Правда, в отличие от Гаррика, я всегда давала отпор. Когда же я стала постарше, она начала ревновать к своему русскому парню Матвею, на которого я даже не смотрела и вообще старалась уйти, когда он появлялся в доме. Он был спортсменом и от него вечно шел какой-то неприятный потный запах, от которого меня воротило.
Но еще хуже был безразличный взгляд Эрики, прикрытый радушной улыбкой, для которой я стала обузой и пустым местом после смерти отца.
Как ни странно, но моя сводная сестра в какой-то степени оказалась права. На ДР Яники Матвей пьяным попытался зажать меня в кухне, куда я вышла из своей комнаты попить воды. Кривлюсь и меня тут же передергивает. До сих пор помню этот запах пива и пота. Не знаю, как мне удалось, но я запулила в него стаканом, который сломал ему нос, и убежала.
После этого случая Яника просто озверела, и я поняла, что, какой бы отпор я ни давала, мне все это изрядно надоело.
Горько усмехаюсь, вспоминая Адриану. Видимо, у меня судьба такая. Ко мне почему-то всех ревнуют.
Знаю, что меня искали. Добрались даже до хостела, в котором я первое время подрабатывала уборщицей. Но искали не от большой любви, конечно. Родной брат Эрики Томас Тормис решил поиграть в политику. Планировал баллотироваться в депутаты, и сбежавшая родственница очень портила красивую картинку его реноме. Не на том уровне, чтобы спрятать эту инфу.
Тормисы, конечно, не Айслер. Не тот уровень. Но опыт побега есть, и как укрыться тоже знаю. Все должно получиться. Теперь я им даже в какой-то степени благодарна за такое жизненное испытание.
Пока сушу волосы и затем чищу зубы, задумываюсь. Ассоциирую ли я Матвея с Айслером? Нет. Они совершенно разные. Как ни странно, но даже насильником Айслера я не считаю. Скорее, ассоциирую его с тюремщиком, который ограничивает мою свободу.
Захожу в махровом халате на кухню. Но не потому, что хочу есть. Хотя желудок сводит от голода. Осматриваю навороченную технику, шкафы. Исследую холодильник и наличие посуды. Задумываюсь. Какие-то продукты есть, но не густо. Как и с кухонной утварью. Так, чтобы сделать бутерброд или пожарить яичницу. Фрукты и овощи в наличии, но не фонтан. Без изысков. Как ни странно, но вода Fiji. Не из дешевых. Но это для моего кошелька. Опять приходит мысль, что все покупалось на скорую руку. В круглосуточном минимаркете.
На автомате делаю бутерброд с вяленой говядиной и камамбером, чтобы заглушить боль в желудке и набраться энергии. Но мысль продолжает работать.
Достаю из холодильника пакет апельсинового сока. 100% выжатый. Но сам Айслер, однозначно, пакетированный сок не пьет и мне бы не предложил. И вновь чувство, что покупали все в торопях. На случай, если захочу перекусить до того, как выеду в ресторан позавтракать.
Задумываюсь. Делаю вывод. Видимо, у Айслера был другой план. Оставить меня здесь на месяц под присмотром, чтобы я сама сориентировалась и купила то, что посчитаю нужным. Каким образом он хотел меня затащить сюда, мне неизвестно. Видимо paso a paso. Без давления. Как опытный охотник, расставляет ловушки для своей добычи. Но точно понимаю, что планы он изменил уже по ходу пьесы, сегодня, и решил вывезти на свою территорию, так как сам уезжал. Возможно, катализатором для смены планов стало то, что я узнала о его намерениях, подслушав разговор, и тем самым раскрыла его карты. Показала зубы, и он не стал ждать. Решил, что слишком много гемора оставлять меня здесь. Лучше держать под контролем на своей территории.
Отсюда и покупки на скорую руку помощником Айслера, который отчитывался перед хозяином час назад.
Запив бутерброд соком, возвращаюсь в гостиную. Время почти шесть. За стеклянной панелью наступает рассвет. Горизонт уже окрашивается в мягкие оттенки персикового и золотого, но умиротворяющий вид не в кайф. В голове уже созрел план решения проблемы. Осталось его реализовать.
Надо немного поспать. Мне нужны силы. В спальню идти не хочу, но заставляю. Усыпляю бдительность, если за мной наблюдают.
Устанавливаю будильник на полдень, ложусь с краю кровати в халате — белье я постирала и оставила сушить в ванной. Настраиваюсь, что увижу во сне подсказки от моего Ктулху. Правда, сомневаюсь — не смогу уснуть при таком напряге. Однако, едва закрываю глаза, от усталости проваливаюсь в сон.
Подскакиваю на кровати от мелодии, установленной на звонок. Так как я не закрыла шторы, в глаза бьет яркое испанское солнце. Сажусь. Голова гудит. Мышцы ноют. Не выспалась. Точно помню, что мне что-то снилось. Сосредотачиваюсь. Пытаюсь вспомнить. Но… образы превращаются в неясное пятно и рассеиваются в ярком свете испанского полдня. Как и сны последних нескольких дней. Хмурюсь от досады. Но рассиживаться некогда. Стряхиваю сонливость. Бодро встаю с кровати. Пора действовать. Не первый раз сбегаю. Все должно получиться.
Глава 21. Виго
12:30
— Вы хотите завтракать, Виго? — стою на кухне и улыбаюсь во все тридцать два водителю, доставая продукты из холодильника.