Словами не передать, сколько радости, счастья и гордости у ребенка в глазах.
Улыбаюсь. Связь с братом у Мальдонадо такая же крепкая, как и с родителями.
И начинается шествие. Мальдонадо впереди, следом его маленький брат и команда тореадоров. К ногам победителя летят цветы, шляпы и веера разных калибров.
Он благодарно улыбается, некоторые вещи поднимает с песка и левой рукой грациозным броском возвращает знаки признательности в зрительный зал.
— А Алисия-то ждет, когда Давид подойдет к VIP. — Тихое от Лолы.
Перевожу взгляд на девушку. Она сжимает веер в руках.
— Думаешь? — уточняю.
— Конечно. Однозначно, она приехала не только на «посвящение» Давида, но и с целью вернуть его. Даже белый сарафан надела, как и костюм Давида на Альтернативу.
— Да. Белый… — задумчиво. — Как у невесты.
— Смотри, как сжимает веер. Ждет подходящего момента, чтобы бросить ему.
— Они давно друг друга знают?
— Их семьи дружат уже давно. Вроде бы, у них начал намечаться серозный «romantique» и официальный выход в свет, но Давид с ней расстался.
— Почему? — на всякий случай уточняю.
— Не знаю. У него, вроде бы, никого нет. И вся семья Алисии в восторге от Давида.
— Чем она занимается?
— Они с Давидом учатся в одном универе. Только она на год младше Давида. И на разных факультетах. Кажется, она на факультете управления.
Значит тоже 20 лет, как и мне…
— Хороший человек? — опять уточняю, но мне кажется, Давид не начал бы встречаться с кем-то недостойным.
— Ну, такая. Со своим характером. Своенравная. Не из робкого десятка. Остра на язык. Но влюблена в Давида давно. Говорят, отец хотел ее отправить учиться в Британию. Но она наотрез отказалась и поступила в тот же университет.
— Хорошая получилась бы пара, — не спрашиваю. Убеждаюсь.
— Но почему-то же расстались, — задумчиво.
Наконец, Давид приближается к VIP-сектору. Закидывает шляпы, брошенные женой Альфонсо Ортиса и еще какой-то старенькой сеньоры. Отмечаю, что благодарит не только VIP-ов, но и зрителей позади, с амфитеатра, с балконов, и стоящих в проходе. Всем улыбается с благодарностью, одинаково вежливо. Независимо от статуса.
Его отвлекает какой-то пожилой сеньор. Выходит из VIP-сектора к баррере и, пока они медленно идут вперед, что-то говорит Давиду, похлопывая его по здоровому плечу.
— Кто это?
— Ректор университета, где учится Давид. Видимо, дает наставления. Большая честь, кстати.
Это, конечно, все очень хорошо, но Алисия осталась без внимания. Пока они закончат разговор, Давид пройдет мимо нее.
Девушка, судя по хмурому виду, тоже понимает невыгодность позиции и не решается проявить инициативу. Но не потому, что стесняется. Она, как и сказала Лола, определенно не из робкого десятка. Уверенный взгляд. Знает, чего хочет от жизни. И хочет она быть невестой Мальдонадо. Но сейчас мне понятны ее сомнения. Она не желает бросать веер в пустоту или в спину экс-новио. Ей важно, чтобы Давид увидел ее знак внимания. Тем более все это происходит на публике, под прицелом видеокамер.
Надо, чтобы Давид обратил на нее внимание. Ведь таково и было мое желание. Соединить его с той, на кого он посмотрит. Он поднимет на Алисию взгляд, она бросит ему веер, и, возможно, мне удастся своими добрыми пожеланиями воссоединить их.
Умна. Красива. Из влиятельной семьи. И главное — любит его. Отличная партия. Я считаю.
Бесова, только осторожней желай. И им обоим, а не только девушке. Чтобы не получилось так, как с Паломой и объятиями. Упасть-то она упала, только Айслер ее не подхватил.
— Кажется, наша Алисия сейчас останется в пролете, — шепчет Лола, будто читая мои мысли.
— Просто надо, чтобы Давид обратил на нее внимание, посмотрел на нее! — в сердцах бросаю я, когда внезапно слева от Алисии кто-то из гостей нечаянно опрокидывает банку с колой прямо на праздничный сарафан девушки.
Та вскакивает и, судя по тому, что весь белый наряд пошел темными пятнами, банка была полной.
Давид поднимает взгляд сочувствия на Алисию, но она, определенно, желала не такого внимания от парня. Собственно, как и я!!
Тем более, когда на нее смотрят сотни видеокамер СМИ и весь стадион в 14000 зрителей. Мне же становится так стыдно, что я готова сама бежать к девушке и закрыть ее ото всех.
Стряхивая темно-бурые капли с нарядного сарафана, она бросает веер отцу и вместе с матерью направляется к выходу из ложи.
— Ох какая незадача, — качает головой Лант, видимо, тоже ожидая воссоединения пары, а Лола смотрит на меня.
— Ничего себе, Бесита. Ну ты пожелала обратить внимание! — тихо усмехается она над ухом. — Не зря у тебя глаза разного цвета и тебя называют bruja. [ведьма]
— Простое совпадение, — хмурюсь я. Но уверена, что именно мои слова так повлияли на ситуацию. Как и с Паломой. Злюсь. И на себя, и на Ктулху. Будто он меня троллит и коверкает мои желания, разворачивая их в противоположном направлении.
А что Давид?
Сочувственно улыбается отцу девушки и спокойно продолжает шествие победителя.
Причем в нашу сторону.
****
Продолжение завтра
Глава 41. Маскировка
Лола с веером в ладони включила режим ожидания. Разминает руки, прицеливается, как метательница ядра. Готовится бросить свой знак внимания, как гранату, к ногам Давида.
Накрывает нервным вайбом. Почему-то вера в то, что в этом хаосе я затеряюсь среди многих, уносится на сверхзвуковой. Видимо из-за эмоций.
Так. Мне срочно нужно выйти… Не хватало, чтобы Давид меня здесь обнаружил.
Хочу подняться, но Лола хватает меня за руку. Смотрит с удивлением и укоризной.
— Ты куда собралась? Давид скоро подойдет!
— В туалет…
— Ну потерпи хотя бы пять минут! В конце концов, это неприлично — уходить перед носом победителя.
Лант тоже смотрит на меня осуждающе, соглашаясь с Лолой.
Резон в ее словах есть. К тому же, если я встану из середины ряда, то точно привлеку внимание.
План, как замаскироваться, чтобы меня не заметили, возникает мгновенно.
Сижу. Натянула джинсовую панаму по самые уши, с трудом спрятав под белый головной убор непослушную копну волос. Опустила лицо. Я бы и темные очки надела, но солнце уже прячется за горизонт, и моя маскировка будет бросаться в глаза, как пингвин на пляже.
Давид подходит к нашему сектору. Замедляя шаг, подбирает брошенные к его ногам вещи. Среди них попадаются даже шарфы и предметы одежды. Ловко закидывает их в зрительный зал. Благодарно всем улыбается. Лола вместе с остальными бросает веер, и я в этот момент наклоняюсь, якобы, чтобы поправить шлейку от босоножки. Меня выгодно прячет чья-то голова впереди. Так как мне не видно, что происходит внизу, я просто отсчитываю время и молюсь. Прошу Ктулху. Пусть Мальдонадо быстрее проходит дальше. Пусть он меня не заметит. Пусть я стану для него невидимой. К счастью, зрительница впереди встала с места, чтобы бросить цветы. И я радуюсь своей блестящей задумке — качественно спряталась.