— Станет. Но далеко не сразу, — не отрицает. — Предложение тебе поступит уже в Шанхае и не напрямую от меня, а от шведской компании.
— Через Ларса, — догадываюсь я.
Кивает.
— Всю вину, что тебя использовали втемную, мы возьмем на себя.
Это может сработать, но есть еще одно «но».
— Мне придется скрывать эту информацию от Давида.
— Из двух зол. — Парирует она. — Я бы могла выйти на тебя через Швецию, когда ты будешь в Шанхае. Но я действую открыто, не скрывая карт, так как хочу прозрачности в нашем будущем бизнес-партнерстве.
Молчу. Потому что не приняла решение.
Но теперь понятен ее маневр с «шоппингом».
— А сегодня мы встретились случайно и решили попить кофе…
— Твой статус изменился, дорогая. Ты уже не сотрудница, а невеста Мальдонадо. Сына нашего близкого друга. Почему бы нам не выпить кофе и не поговорить о твоем будущем?
— Логично, — согласна.
— С ответом не тороплю, дашь его уже в Шанхае, когда определишься, — добавляет она. — И надеюсь, этот разговор останется между нами. Даже если ты не уедешь в Шанхай.
Почему-то цепляют последние слова.
— Почему вы думаете, что я не уеду в Шанхай?
Усмехается. Качает головой.
— Это подсознательное. No importa [не важно]. — Отмахивается, оставляя витиеватый след от сигареты в воздухе.
— И все же?
Делает глоток кофе. Внимательно смотрит на меня.
— Ну, мы договорились быть откровенными, — принимает решение.
— Договорились, — зеркалю. Но она молчит. — Так почему вы так сказали? — насторожена.
— Потому что Хард Айслер своим не делится. — Внезапно. — И я до сих пор удивлена таким положением вещей.
Хмурюсь, вспоминая их с Адрианой разговор.
— Я не его собственность и у нас нет отношений.
— Ну, у Харда свое представление о принадлежности и об отношениях, — с ироничной улыбкой.
Вспоминаю Палому.
— Во-первых наше с герром Айслером взаимодействие сложно назвать отношениями. У нас ничего не было. Во-вторых, насколько я понимаю, у него кто-то появился после того, как я вышла на работу.
— А-а, наша «Марго», — протяжно, с улыбкой на лице. Затягивается сигаретой. — Она хотела бы так думать. Примчалась в Испанию, как только почувствовала, что Хард «уходит».
Задумываюсь. Значит, она была инициатором приезда. Но следует другой вопрос:
— Она знает обо мне?
— Ну что ты. Мы бы не посмели. Но такие вещи женщины чувствуют. И потом, ее эпическое падение говорит о многом.
Не удивлена, что Мария знает. Отель оснащен видеокамерами и такой эпизод не мог пройти мимо владельцев.
— В любом случае мы с герром Айслером расставили точки над «i», — доказываю свою точку зрения.
Выдыхает тонкую струйку. Смотрит на меня с видом «бедное наивное дитя». Но я продолжаю гнуть свою точку зрения. Я выбрала Давида. Разорвала связь с Айслером.
— Вы ошибаетесь. Не Палома, так будет другая. Думаю, у герра Айслера нет проблем с выбором.
Усмехается. Склоняет голову набок.
— Есть в тебе что-то, — задумчиво. — Что цепляет мужчин. — Пауза. — Какое-то противоречие.
— Противоречие? — удивленно.
— Да. Твоя детская невинность, но независимость. Прагматичность, но авантюризм. Это противоречие, кстати и в твоих глазах. Один светлый. Другой темный. Притягивает внимание.
— В любом случае, я уезжаю с Давидом. — Уверенно. Отпивая глоток крепкого эспрессо.
— Да. Мальчик хорош. — Улыбается, элегантно выпуская тонкую струю белого дыма. — Удивил всех. И какой красивый жест. Рыцарский. Таких сейчас не делают. И стратег талантливый. Далеко пойдет. Из него получится отличный дипломат.
— Стратег, — соглашаюсь я.
Но внезапно ее лицо меняется и она серьезным тоном добавляет:
— Ты под защитой семьи Мальдонадо, но будь осторожна. Айслер влиятельней.
Насторожила.
— Постараюсь.
— И даже я, заинтересованная в твоем отъезде, не смогу помочь в случае чего.
Тоже логично. Ее предложение действительно только если Айслер не претендует на меня.
Внезапно на мой телефон приходит сообщение. Юристы Мальдонадо с очередным запросом.
Мария реагирует и, потушив сигарету, встает. Делает жест метрдотелю «на мой счет» и переводит взгляд на меня.
— Буду ждать твоего решения, Мия.
Задумалась. Смотрю ей вслед. Анализирую нашу встречу.
Подвох? Мне кажется, она не врет и не запугивает. Если все сказанное ею ранее — правда, а я думаю, что так и есть, она заинетресована в том, чтобы я уехала в Шанхай, а не осталась.
Айслер прислал? А зачем ему такие сложности? Он бы как раз действовал втемную. Уже в Шанхае, а не привлекая Марию. Нет. Это не его стиль.
Им всем, конечно, нельзя доверять, и я не тороплюсь с принятием решения, но мне Ортис показалась искренной. В любом случае, посмотрим.
Глава 47. Таймшер
Мария скрывается на лестнице, а я, прежде чем встать из-за стола, активирую телефон. Нужно отправить сохраненный в «облаке» скан паспорта гражданина ЕС юристам Мальдонадо. Согласно их запросу. Чем раньше мне сделают визу, тем быстрее мы уедем. После разговора с Марией почему-то тороплю время.
Взгляд цепляется за пепельницу, в которой лежит тонкая потушенная сигарета. Фильтр испачкан помадой. Я не видела Марию курящей на Сан-Хуане, но всем в отеле известен этот факт. Обычно люди курят, когда сильно волнуются. А она волновалась. Скрывала, конечно. Играла на публику спокойствие, но волновалась. Понять бы причины. Хочет сепарироваться от семьи или все же ловушка? Все еще склоняюсь к первому варианту.
«Ты будешь совладелицей отеля», — вспоминаю я ее слова. Она вынуждена идти на партнерство со мной. Так как партнерство - единственный способ заинтересовать меня стать ее проводником. У нее нет другого выхода.
Прячу смарт в белый кожаный bucket. В любом случае, рано об этом думать. Решения буду принимать уже в Шанхае, когда освоюсь. Тем более, ее предложение действительно, если Айслер не претендует на меня.
Айслер… Вот кто меня сейчас волнует больше, чем Мария. Становится страшно за Давида и за поездку в целом.
«Ты под защитой семьи Мальдонадо, но Айслер сильнее…» — вновь слышатся слова Марии, и я уже в ярких красках представляю, как Наваррский перекрыл кислород Мальдонадо или нам вместе. С целью вернуть свою собственность.
Смотрю на вечереющее небо.
— Ктулху. Я же сделала выбор. Разорвала связь. Что бы ни говорила Мария, но Айслер должен переключиться на кого-то другого.
С этой мыслей встаю из-за стола. Иду по террасе, чувствуя как мои эспадрильи на танкетке вибрируют по деревянному настилу в такт пульсу.
Метрдотель любезно проводит меня вниз, и я, наконец-то, выхожу на торговую улицу.
Столпотворение к вечеру усилилось, паркинг у причала битком забит спорткарами и seguridad. Но я иду к Ауди, не обращая внимания. Гоняю мысль. Пытаюсь понять — оставил ли меня Айслер в покое.