Не поварачиваясь к двери, дергаю ручку, и она неожиданно легко поддается. Вылетаю в коридор и чуть не сбиваю с ног Игнасио. На лице беспокойство, в руках — чистая униформа.
— Бесита, где тебя носит!
— Не спрашивай, — хватаю чистую одежду. Натягиваю жилетку на голое тело. — Где душ?
— Слушай, мы тебя по всему уровню казино искали… — пока идем по коридору уже в правильном направлении, Игнасио рассказывает о поисках, а я хмурюсь.
Коллективный разум в этот раз не сработал. Как и двери, которые не хотели открываться. Будто специально Ктулху перекрыл кислород.
К трем ночи возвращаюсь на пост. Прошло два часа, а будто жизнь пролетела, и я успела вляпаться во все возможные неприятности. Ловлю встревоженный взгляд Лолы.
— Бесита, где тебя носило?
Коротко описываю ситуацию, опуская эпизод с блондином. Лола меняется в лице, живо представляя картинку и ее последствия. Слава Ктулху, следы от пальцев скрыты под блузой и шелковым платком, который я одолжила у официантки в баре. Это часть их униформы.
Болтать на посту нельзя, поэтому Лола лишь качает головой с видом «влипла ты, бесита».
«Знаю» — киваю.
— Хочешь, я поговорю со своей знакомой? А она поговорит с Лант?
— Нет. Не вздумай портить и себе жизнь. Это не поможет. — «Не тот уровень». И добавляю: — Иди поспи. Твой час отдыха.
Как только Лола скрывается за дверью, бросаю взгляд на стеклянную сенсорную стену, ведущую к зданию казино.
Внезапно, будто под моим взглядом, она оживает. Двери раздвигаются, и появляется Айслер.
Натягиваю дежурную улыбку, выравниваю спину. Стараюсь не думать о случившемся, но получается скверно.
— Gute Nacht! — как положено желаю доброй ночи, не забывая о видеокамерах.
Айслер, как обычно проходит мимо по направлению к спец лифту, не смотря в сторону ресепшена.
Адриана и компания вряд ли будут возвращаться той же дорогой. Они пойдут к паркингу. И вряд ли она появится сейчас на ресепшне с казнью. Всему свое время. Умом понимаю, но нервы натянуты, как канаты. Может быть, поэтому, когда оживает телефон, вздрагиваю. Смотрю на часы – время половина четвертого. Внутренняя линия. Резко беру трубку. Будто срываю пластырь с раны.
— Доброй ночи, Мия, — голос секретаря Айслера звучит сонно. — Передайте вопрос по гольфу другому администратору.
Даже не знаю, как реагировать. Я помнила его недовольный вид. Возможно, брезгует сотрудничать с подобной служащей.
«В любом случае, одной проблемой меньше», — устало.
До десяти утра, пока идет пересменка и мы с Лолой передаем дела следующей смене, я периодически бросаю взгляд то на подъездную дорожку, то на дверь, ведущую в административный блок.
Жду реакции. Но руководство не торопится с вынесением приговора. Тоже верно. Персонал нужно держать в тонусе. Неопределенность страшнее конкретики.
— Может, все и обойдется, — подбадривает Лола уже на паркинге.
— Игнасио тоже так считает, — отвечаю дежурно, потому что понимаю, что не обойдется.
Заворачивает к своему Seat и добавляет:
— ¡No Pasarán! *
— ¡No Pasarán! — сгибаю руку со сжатым кулаком в ответ и иду к своему мотороллеру.
Он у меня старенький, но надежный. Выжимает максимум 60 км, тарахтит, как сломанная погремушка. Иногда выпускает газы, как старый пёс. Но за год ни разу не подвел.
Вставляю наушники, включаю плеер, надеваю ненавистную каску, иначе оштрафуют. Завожу мотор и аккуратно выезжаю со стоянки для мотороллеров. Даю крюк, проезжаю мимо парковочных слотов для VIP и руководства. Порше Адрианы на месте. Либо уже в отеле, либо ночью уехала с новио домой в служебном авто и отсыпается.
— Да и Ктулху с ними! Спорить с неизбежностью глупо. Pase lo que pase! [будь что будет]— я резко выруливаю на дорогу и, напевая «Malamente»** вместе с Розалией, сжимаю ручку газа.
Устала. Хочу домой. Прорвемся.
___
¡No Pasarán! * — Лозунг "Они не пройдут". Широко использовался во время Гражданской войны в Испании (1936—1939)
«Malamente»** — в контексте песни перевод звучит как "плохие приметы"
****
продолжение на выходных
Глава 8. На чиле
Живу я в небольшом городе на побережье. Не из дешевых. Да что уж, откровенно дорогих. И даже студию где-нибудь далеко от моря одна я бы не потянула — откладываю деньги на учебу. Да и жизнь на Коста-дель-Соль недешевая. Но, как говорится, не имей сто рублей. Я снимаю однушку вместе со знакомой из Болгарии. С Радкой Делчевой я познакомилась когда еще работала REP-ом в таймшере. Водила клиентов в крутой ночной клуб в Пуэрто-Марине, где она и работает официанткой.
Пока поднимаюсь в наши горы, ловлю странные ощущения. Будто за мной кто-то следит. На повороте, перед очередным знаком «Стоп», останавливаюсь. Осматриваюсь по сторонам. Ничего подозрительного.
От такого нервяка и не такое померещится, — вновь сжимаю ручку газа. Кривлюсь от желания помассировать затылок. Вот уже несколько часов невозможно ломит позвоночник. Видимо, от стресса.
Подъезжаю к нашему конхунто [комплекс]. Громко сказано. Череда белых невысоких домов в испанском стиле. Наш — трехэтажный, без лифта. Такой же старенький, как и мой мотороллер.
Тихо открываю дверь и захожу в квартиру. Сумка и вещи Радки брошены в зале, спальня прикрыта. Соседка по комнате дома. Отсыпается после ночной смены. Я на автомате подбираю джинсовую рубашку Делчевой и цепляю на вешалку. Бросаю взгляд на кухонный модуль — посуда со вчерашнего дня немытая лежит в раковине. Радка хорошая девчонка, не подлая, но как соседка по комнате — одна сплошная катастрофа.
Бесшумно захожу в спальню. Жалюзи не пропускают дневного света, и я на ощупь иду к своей кровати. Устала так, будто всю ночь разгружала вагоны. Накрыло. Пошел отходняк.
Проверяю смарт, зажатый в руке — никто не звонил. Распускаю туго закрученные волосы. Массирую ноющий позвоночник. Все-таки блондин задел какие-то точки. Боль так и не прошла.
Сейчас пять минут передохну и приму душ… — сажусь на постели, хочу снять футболку и капри, но вместо этого опускаю голову на подушку, и меня вырубает.
Просыпаюсь я как-то внезапно, будто по моему телу прошла дрожь.
Я резко открываю глаза — передо мной нависает Радка с подсветкой смарта.
— Что? — спросонок не соображаю и резко дергаюсь. — Я проспала на работу?
— Ты металась во сне и что-то неясно говорила, — отвечает соседка. — Но я не будила. Сама проснулась. Ты в норме?
Зависаю. Голова гудит, позвоночник продолжает ныть.
— Мгм… — пытаюсь вспомнить сон, но он дымкой растворяется в реальности. — А который час?
— Почти пять вечера. Продолжишь спать?
—Нет… — сажусь на постели и ищу смарт. Я уснула, сжимая его в руке.
Делчева поднимает жалюзи и даже сквозь плотные шторы пробивается яркое испанское солнце.