Она медленно подняла голову и посмотрела на потолок. Над ней была комната на втором этаже. Та, откуда донесся хлопок двери.
И в тот же миг прямо над ее головой раздался тихий, но отчетливый скрип половицы. Кто-то был наверху. Кто-то только что сделал шаг. И, возможно, этот кто-то... плакал.
Паника, сдержанная до сих пор, вырвалась на свободу. Анна вскочила на ноги, схватила свечу и фонарь и бросилась к двери в прихожую. Она не думала ни о чем, кроме одного: нужно выбраться. Немедленно.
Она выбежала в прихожую и ринулась к входной двери, снова и снова дергая ручку, колотя по дереву кулаками.
– Откройте! – кричала она, и ее голос звучал дико и незнакомо. – Выпустите меня! Я должна отсюда уйти!
Дверь не поддавалась. Она была как скала.
Внезапно свеча в ее руке погасла, словно от сильного порыва ветра, хотя воздух в прихожей был неподвижен. Остался только луч фонаря, который выхватывал из мрака ее искаженное страхом лицо в зеркале.
И тогда она его увидела.
В глубине отражения, на самом краю, в проеме двери, ведущей в другую комнату, мелькнула тень. Нечеткая, расплывчатая. Но достаточно ясная, чтобы понять – это была фигура человека. Фигура, которая наблюдала за ней.
Анна закричала и отпрянула от зеркала, уронив фонарик. Он с грохотом покатился по паркету, луч его закрутился, бешено мечась по стенам и потолку, как луч прожектора в клетке с диким зверем. В эти секунды ослепляющей, хаотичной вспышки она успела заметить еще кое-что.
На стене, где висело зеркало, на мгновение появилась огромная, искаженная тень. Тень не одного человека, а нескольких, слившихся в один ужасающий, многорукий силуэт. И тут же пропала.
Фонарик ударился о плинтус и погас.
Анна осталась в полной, абсолютной темноте. Темноте, которая была живой. Она слышала свое собственное прерывистое дыхание, стук сердца. И еще кое-что. Тихий, едва уловимый шепот. Он доносился отовсюду сразу – из-за стен, из-под пола. Сотни голосов, шепчущих что-то на непонятном языке. А может, и на понятном. Слово, которое повторялось снова и снова, было ее именем.
– Анна... Анна... Анна...
Она прижалась спиной к холодной двери, закрыла глаза и зажгла их, пытаясь убедить себя, что это сон. Страшный, кошмарный сон. Но холод дерева под пальцами, запах тления в ноздрях и леденящий душу шепот были слишком реальны.
Она была в ловушке. Одна. В доме, который был не просто домом. И тишина, что ждала ее за порогом, оказалась обманчивой. Она была полна голосов. И все они знали ее имя.
Глава 4. Коридор сходящихся зеркал
Тьма была абсолютной. Это была не просто темнота ночи, где глаза постепенно привыкают и начинают различать силуэты. Это была плотная, бархатная, почти осязаемая субстанция, которая давила на веки, заливала рот и легкие, превращая тело в беспомощный комок нервов. Анна зажмурилась и открыла глаза снова – не было никакой разницы. Слепота была тотальной.
Но хуже темноты был шепот. Он не прекращался ни на секунду. Множество голосов, мужских, женских, детских, переплетались в жутковатый хор, нашептывая ее имя, словно пытаясь запомнить, впитать, присвоить.
– Анна... Анна... мы ждали... так долго ждали...
Она прижалась спиной к массивной входной двери, ощущая под пальцами шершавую, холодную древесину. Это был единственный якорь реальности. Ее сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Дыхание сбилось, в горле стоял ком. Она пыталась дышать глубже, но воздух был спертым, густым от запаха пыли и тления.
«Это не по-настоящему, – твердила она себе, сжимая виски пальцами. – Галлюцинация. Паническая атака. Нужно успокоиться».
Она сосредоточилась на тактильных ощущениях. Пол под ногами – твердый, пыльный паркет. Стена за спиной – прохладная, с выступом резного молдинга. Она провела по нему рукой, пытаясь зацепиться за что-то реальное. И вдруг ее пальцы наткнулись на что-то маленькое, холодное и круглое, прикрепленное к стене. Кнопка? Выключатель?
Слепящая вспышка надежды заставила ее судорожно нажать на него.
Ничего не произошло. Ни щелчка, ни света. Просто мертвая кнопка в мертвом доме.
Но само действие, пусть и бесполезное, немного вернуло ей способность мыслить. Фонарик! Она уронила его, когда отпрянула от зеркала. Он должен быть где-то здесь, на полу. Если она найдет его, если у нее снова будет свет...