Но на душе все тот же груз оставался. Давил своей тяжестью так, что тошноту чувствовал.
Две минуты назад отзвонился Русый — Карина с Лексой в сопровождении четырех бронированных внедорожников практически доехали до студии. Им оставалось всего несколько километров. Все спокойно. Без хвостов и происшествий. Я даже услышал, как они там, на заднем плане, смеялись. Обе… И хотя Карина пока ни о чем не догадывалась, но я был уверен, что она сможет принять Александру. Пусть не сразу, пусть нам придется справляться с ее ревностью, вместе проживать все обиды — но мы справимся. Никогда ранее я не был настолько уверен в правильности всего, что делаю. Несмотря на подтачивающее горькое чувство вины перед прошлым. Несмотря на болезненные уколы совести. Несмотря на то, что придется смотреть в лицо своей дочери и видеть там немой упрек. Но все это перечеркивало какое-то неконтролируемое желание видеть Александру рядом. А вместе с ним — решимость, которая не терпит компромиссов.
Быстрым шагом спустился вниз, понимая, что хочется выйти из дома. Как будто какая-то невидимая сила выталкивала меня из этих стен и гнала подальше. Только я не могу понять, куда. Направился в сторону машины и вдруг опять зазвонил телефон. Мельком на дисплей — Русый. Доехали, наверное. Звонит доложить.
— Ан… дрей-й-й, — протяжный стон, и дышит тяжело, а у меня от него мороз по коже. И осознание вспышкой, что что-то случилось.
— Русый. Русый, бл***, что? Что у вас там? Не молчи… Не молчи, твою мать…
— Подстава… на студии встретили нас… Там положили всех… Наши не жильцы уже…
Я схватился за дверцу машины и меня чуть пополам не согнуло. Ноги ватные стали, и я с трудом за руль сел.
— Карина? Что с Кариной и Лексой?
— Девку увезли… Карину я собой прикрыл, ее мы отбили… Скорую… вызывай… м-м-м…
А у меня его стон эхом отдает, виски сдавило так, что орать хотелось, и руки ходуном. Сжал руль со всей силы и выдохнул, чтоб ключ повернуть.
— Как увезли? Кто? Русый, мать твою. Не смей подыхать. Я тебе сейчас сдохну, бл***. Я тебе приказываю… Говори.
— Ахмедовские это… Он знал, видимо, куда едем…
Невозможно. Нереально. Это какой-то полный бред. У нас в машинах блокираторы сигналов. Не отследить и не засечь никак. Русый, еле дыша, продолжил.
— Лекса у Карины телефон попросила. Я сам видел… перед тем как в машину сели… Больше некому было… сообщить, — и замолчал… отключился.
В ту же секунду мне пришло голосовое сообщение. Я уже знал, от кого, кнопку ответа автоматически нажал.
"Ну что-о-о, Граф… Ты там еще цел, сукин сын? Это не надолго. Собственными руками потрошить буду тебя и семейку твою ублюдочную. Только перед этим с дерьмом смешаю. Всех до единого… А вот моя девочка молодец. Не промах. Настоящая Нармузинова. Сумела тебя, лоха, вокруг пальца обвести. Только хер я тебе все это прощу. Теперь твоя очередь из-за отродья своего с ума сходить. Знаешь, ты можешь даже не париться, кем она станет, когда вырастет. Жить ей осталось не так уж и долго… Как и всем вам. Но я тебе скажу, что еще ее ждет. Слава звезды жесткого порно… Жди, сука, скоро каждая собака шлюху твою малолетнюю узнавать будет И это так… для затравки…"
И вторым сообщением — видеозапись… та самая… с того самого дня… на которой четверо ахмедовских амбалов затаскивают в машину мою дочь…
КОНЕЦ 4 КНИГИ