– А ты откуда вообще? Приезжая?
Из-за соседнего столика очень полная посетительница произнесла громко, на все кафе:
– Женщина, вы дома быть должны, раз больны!
Ей начали поддакивать. Парень решительно приобнял свою спутницу и поднялся с ней из-за столика, потом взял под руку Агату:
– Давайте-ка пошли отсюда девочки!
На улице женщина снова закашлялась, приступы накрывали ее один за другим, она прижалась щекой к плечу парня, вцепившись в его предплечье, задыхалась и вздрагивала. Парень крепко обнял ее:
– Давай-ка быстренько домой, детка.
Агата, которую он все еще придерживал за локоть, сказала:
– Правда, я же могу помочь.
Парень смерил ее неспешным взглядом, и зрачки его были сужены. Так смотрел Берни на их приборы, когда они нуждались в настройке. Он спросил Агату негромко, повелительно:
– Ты откуда? Что у тебя есть?
Агата засуетилась:
– Я… я не знаю, может, мы зайдем…
Они стояли на ветру, сверху капала какая-то мелкая сырость, и место было не слишком подходящим. Для чего бы то ни было.
Самым же неподходящим было то, что худшие опасения Кевина оправдывались. Она таки притащила что-то с собой на сайт – антивирусные препараты, или чего там у нее. Она сделала ровно то, что было подробно и четко расписано и перечислено во всех формулярях, которые она так долго и старательно изучала —как запрещенное категорически.
Можно было отправить Агате предупредительную вибрацию. А толку. Как будто она не знала, что самым неприемлемым образом нарушает все правила. Можно было вернуть ее назад прямо сейчас, закрыв петлю – но Кевину было страшновато. Закрывать надо было абсолютно чисто, удаляя все реквизиты, в том числе и чемодан, оставшийся в ее комнате – не дай бог на сайте останутся какие-то ее медикаменты, или что там у нее. Кевин боялся, что без Берни он может напортачить и оставить грязь. Значит – звонить Берни. И тогда… тогда все это с большой вероятностью окончится зануднейшим судебным разбирательством, в котором Агата будет настаивать, что они нарушили условия контракта, вернув ее без причины. И не заплатит. А если они станут доказывать, что она протащила на сайт контрабанду, так еще и лицензию у Петель Кроноса могут забрать. До начала дежурства Берни оставалась всего пара часов – лучше, наверное, подождать. Придет Берни – пускай решает.
4
К тому времени, как Берни появился, Кевин уже много раз успел пожалеть, что не вызвал его раньше. Но когда он должен был звонить? Когда Агата сказала женщине, что может помочь? Когда парень повел Агату под ручку к ним домой, несмотря на несмелые возражения своей спутницы, пытавшейся протестовать сквозь мучительный кашель? Когда Агата достала из сумки коробочку с ампулами? Когда парень вытаскивал из этой коробки блестящие черные пузырьки с красными крышечками и рассматривал их под лампой? Когда он уговаривал женщину попробовать, а она плакала, отнекивалась и что-то шептала ему задыхаясь? Когда Агата показывала парню, как открывать ампулу и использовать мини-шприц на крышечке? Когда парень нежно гладил свою женщину по щеке, потом провел рукой по волосам, приласкал шею под волосами, спустился ладонью к талии и ниже, опять коснулся шеки, а другой рукой поднес мини-шприц к ее губам? Когда кашель у женщины остановился, и она сидела на диване, дыша ровно и удивленно?
Теперь женщина спала у себя, на высокой здоровенной кровати, в просторной спальне. Обстановка у нее была примерно как в фильмах про восточных гангстеров: окна сравнительно небольшие и закрыты драппировками, места вроде бы достаточно, но в середине комнат расставлена здоровенная мебель и какие-то довольно странные предметы, скорее всего изготовленные вручную для украшения.
Отведя свою женщину отдохнуть в спальню, парень уселся с Агатой на диване в соседней комнате и открыл вино. Когда Берни пришел, наконец, сменять Кевина, Агата с парнем сидели рядышком – и уже весьма тесно. Пальцами одной руки парень нежно касался ее виска, легко вел к уху, к мочке и по шее. Другую его руку, обхаживающую Агату, прикрывал низкий столик, на котором стояла открытая бутылка и бокалы. По лицу Агаты можно было четко отследить все передвижения пальцев парня и оценить эффект его действий, прикрытых столиком. Похоже, он решил несколько разогреться, прежде чем начинать расспросы.
Берни оценил обстановку, быстро глянул в конец записей, потом ткнул в трехмерный экран – в ту точку, где лежала открытая коробочка с черно-красными ампулами: