В темноте раннего утра, квартира выглядела жутко. Хоть я и знал тут каждую мелочь с самого рождения, но без света блуждать тут всё равно отказывался. В коридоре предмет нижнего одеяния я куда-то кинул, включил торшер на стене и прошуршал на кухню заварить себе кофе. Переехать сюда мне пришлось чуть менее года назад. Заболела мать и ей требовался уход, но сиделка из меня получилась плохая. Приоритет всегда отдаю любимой работе, поэтому дома я только ночевал, ну и покупал если что-то нужно было. В итоге через некоторое время маму пришлось отдать в частную клинику — там ей дают должный уход. Ещё бы они его не давали, за ту сумму которую они просят в месяц, можно отдыхать в заграничных отелях. Но съехать от сюда мне все равно не удалось, моя дорогая матушка согласилась на переезд только при условии, что я буду жить тут с её любимцем.
Барсик — тема отдельная. Это рыжее исчадие ада, вечно норовит меня укусить, поцарапать, дать лапой леща и так далее. Я его ненавижу лютой ненавистью, так же, как и он меня. Причина нашей вражды необъяснима. Маме этого рыжего плута подарили на работе, или подбросили — не помню точно, — когда я ещё был в старшей школе. И вот то, местами потрёпанное чудовище, с плешью и блохами, возомнил себя королём в его новом доме, а меня счёл кем-то вроде раба. Но так как прислуживать я не собирался, кота я всячески нервировал, а он нервировал меня. Короче не любим мы друг друга, но оба любим мать, так что приходится уживаться вместе.
Этому царю «Вискаса» я оставил мамину спальню и захожу туда, только чтобы убрать лоток и насыпать корм, а он в свою очередь практически не лезет ко мне, да и вообще из комнаты особо не вылезает. Поэтому я очень удивился, когда увидел, что Барсик пришёл на кухню. Зверюга и так всегда пугал своим проницательным взглядом, но сейчас его взор, направленный на меня — нервировал.
— Чего тебе, морда? — убирая турку с огня всё же спросил я у животного. Ответа конечно же не последовало.
— Сейчас покормлю, только свали уже с кухни, — буркнул, доставая чашку.
— Мя-я-я-яу, — протянул рыжий в ответ.
— Изиды сказал.
— Пфр.
Это что сейчас было? Он на меня фыркнул?
Я налил себе кофе и сел, но сделав глоток встал и пошёл в комнату к блохастому насыпать корм. Просто то, как он на меня смотрел, пугало больше приснившегося кошмара. Сон то я хотя бы не помню, а эту морду вижу каждый день.
Включив в комнате свет, я прошёл к окну, где стояла миска, и удивился — корм в миске был. Тогда прошёл к лотку — говна там не было.
— Ну так и что тебе надо? — развернулся я к питомцу, который последовал за мной.
— Жрать есть, насранного нет. Чего хочешь то?
Вот ей-богу, эта скотина посмотрел на меня как на умалишённого. Из-за того, что Его Высочество вышел из своего царства к холопу, холоп должен уже о чём-то догадаться, так что ли?
— Хвостатый, я твоего взгляда не понимаю.
Некогда облезлый, а теперь пушистый, в ответ вышел из комнаты, понял, что я за ним не иду, вернулся и снова посмотрел на меня как на болвана. Наверное, всё-таки я сошёл с ума, так как разговариваю с котом, а он в свою очередь меня мало того, что понимает так явно хочет что-то показать.
— Звездец, — прокомментировал я происходящее.
Кот кивнул, явно соглашаясь, и снова вышел. В этот раз я пошёл за ним. Рыжий повёл меня в мой кабинет и сел перед дверью. Она была чуть приоткрыта, но видимо наличие воображаемой короны мешало ещё и двери самому открывать. И так уже великое, какое-то, одолжение делает. Я открыл проход, и повелитель мышей важно зашёл. Подошёл к моему рабочему столу, заваленному бумагами, а в частности тем делом двухлетней давности, и сел перед ним.
— Мя-яв, — рявкнул Барсик, указывая мордой на стол.
— И что там? — ответил коту, не понимая, что этот усатый от меня хочет.
— Мря-яв! — ещё громче уже рыкнул, рыжий.
Я сел на стул и посмотрел на наглого кошару. Очень мне не понравился его рык. Тем более, что обычно после такого возгласа следуют когти. Я внутренне поёжился, вспоминая последнюю драку.
— Ну и? — спросил я. А в ответ услышал тяжкий вздох.
И если серьёзно, то я не удивлюсь если он вдруг заговорит. Настолько человечно он себя ведёт, что несколько пугает, ведь обычно, кроме редкого «мяу» и тяжёлого взгляда, когда я забывал его покормить, не получал ничего.
Рыжий, с великой ленцой и с необычайным презрением во взгляде, запрыгнул на стол.
— Да что ты творишь? — шикнул я на кота.