Я одернула себя. Поймала себя на том, что автоматически приравниваю связь мать-ребенок к священной, ради которой стоит бороться. И хотя эта женщина родила мое нынешнее тело, я не имею ни чувств, ни воспоминаний, чтобы, даже не разобравшись, уже начать оправдывать ее поведение. Пока что все говорит о том, что этого делать не стоит.
Все приступили к еде. Взрослые сами потянулись к блюдам, накладывая к себе в тарелки. Уже хорошо, что тут обслуживают себя сами. Могло оказаться и так, что лишний жест рукой как указание слуге положить определенное блюдо.
Стол можно было назвать богатым, но не чрезмерно. Несколько видов молочных каш, разные виды приготовленных яиц, хлеб, масло, резанная слабосоленая рыба, мясо и колбасы с сырами. Привычный завтрак, но на средневековый манер.
Я глотнула немного воды из хрустального бокала, и положила себе немного овсяной молочной каши. Украсила ее ложкой сушеных ягод и приступила к трапезе. Хотелось попробовать всего. Однако за кашу я взялась потому, что ее выбрал и отец.
К моему сожалению по бокам от тарелки лежал целый ряд различных ложек. Не имея понятия какой ложкой для чего пользуются здесь, я была вынуждена брать пример с родителя. И если мать ножичком шинковала кусочки омлета и клевала как птичка, а дядька руками напластывал огромный бутерброд, то только отец взялся за кашу. А овсянку я люблю.
После каши я позволила себе немного омлета и заела все это бутербродом с маслом и рыбкой. Большего мой живот в себя бы не вместил, хотя выглядело все это, и пахло, так, что есть и есть.
Взрослые, кстати, запивали еду вином. Мне предложили концентрированный вишневый сок, от которого свело скулы так, что я еле удержала лицо, чтобы не перекосило.
Атмосфера за столом царила та еще. Мать вела себя, словно оклеветанная королева в изгнании. Отец с мученическим выражением лица мечтал о скорейшем окончании. Один лишь дядя был себе на уме, чему-то постоянно усмехаясь и стреляя на нас с матерью глазами, ожидая скандала.
Но мы обе молчали. Я, опасаясь вообще говорить. Она, видимо, чтобы не портить себе настроение еще больше. Однако все когда-то заканчивается. Закончилась и тишина.
- Дорогой мой муж, как вы знаете, я отбываю с столицу. Надеюсь, за время моего отсутствия родовой замок будет содержаться в порядке.
От количества приторной патоки в ее голосе можно было задохнуться. Или подавиться, смотря кто как воспринимает эту через чур наигранную доброжелательность.
- Не беспокойтесь, дорогая моя жена, если здесь останутся руины, я обязательно вас предупрежу с первой же оказией.
Я чуть не подавилась. Хо-о-о… Какие… высокие у них отношения. Дядюшка рядом подобрался. И это мне отец наказывал не скандалить? Да я наглядно вижу, как уровень давления в ее голове добирается до критической отметки. Вставить или не вставить реплику?
- Надеюсь, матушка, ваша поездка пройдет благополучно. Жаль, что замок остается без такой великолепной хозяйки.
Мать чуть прищурилась, но охолонула. Однако и батюшка, и его братец одарили меня удивленными взглядами. Я опустила глазки долу, изображая смирение, и пытаясь скрыть улыбку. Меня просили быть хорошей, не доводить до скандала, вот я и выполняю наказ. Что же вы, господа хорошие, сами провоцируете вздорную женщину?
- А ты и рада, что я уезжаю, да?
Вот они, последствия глупости. Пришлось взять в руки бокал и отпить воды, выигрывая время на раздумья. Что бы такого ответить, чтобы не нарваться?
- С вашим отъездом привычная жизнь однозначно изменится, матушка.
И я изменилась. И мир поменяется. Да и народ явно почувствует себя свободней, если даже слуги считают ее за мегеру. Надо будет узнать, если ли еще в замке какие женщины, что смогут отвечать за организацию хозяйства. Не хотелось бы взваливать на себя еще и это. Тут бы причины внезапной забывчивости придумать. Точнее одна идея есть, стандартная потеря памяти, но вот как ее организовать?
Я вновь помассировала висок. Такие интенсивные умственные нагрузки прогнали всю необычайную утреннюю легкость из головы, хотя прошло вряд ли больше полутора часов. Она даже начала немного побаливать, но я надеюсь на пол часика спокойствия, пока после завтрака мать будет готовиться к отбытию.